Одновременно с этим нужно было запустить последнюю, самую отчаянную проверку.

Я снова направился в палату к Шевченко.

— Сергей Петрович, простите, что снова беспокою. Нужен еще один, последний анализ.

Он только устало кивнул.

Я взял у него кровь. На этот раз — на расширенный токсикологический скрининг. Тяжелые металлы, фосфорорганические соединения, редкие яды. Это было похоже на стрельбу из пушки по воробьям, но я должен был исключить все.

Отправив пробирки в лабораторию и передав лист назначений на пост, я вернулся на свое место.

Все.

Я сделал все, что мог. Запустил два процесса одновременно. Теперь оставалось только ждать. И это было хуже всего."

"— Ну что, двуногий? — Фырк осторожно уселся мне на плечо. В его голосе не было обычной язвительности. Только сочувствие. — Закинул все удочки?

— Все, — ответил я, уставившись в стену. — Теперь это как искать черную кошку в темной комнате.

— Особенно когда ее там нет, — закончил он мою мысль. — Может, он и правда… просто старый? И все ломается само по себе?

— Не бывает так, Фырк, — я покачал головой. — У всего есть причина. У каждой болезни есть имя. И я должен его найти.

Я снова открыл историю болезни Шевченко. Нужно было перечитать ее еще раз. Десятый. Двадцатый. Сотый. Пока какая-нибудь незначительная деталь не бросится в глаза.

Потому что время играло против меня. Мужчина в палате у окна медленно угасал. И я был его единственным шансом.

* * *Светлана Козлова, или просто Светочка, как ее звали все в отделении, с удовольствием посмотрела на часы.

Шесть вечера.

Еще два часа, и можно домой. Дома ее ждал песик, недосмотренная серия любимого сериала и большая чашка чая с мятой. Идеальный вечер.

Отделение неврологии жило своей тихой, размеренной жизнью. Приглушенный свет, негромкие разговоры у сестринского поста, мерное попискивание мониторов. Светочка закончила вечерний обход, проверила капельницы, сделала записи в журналах. Все было спокойно.

Слишком спокойно.

И в этот момент тишину разорвал пронзительный, режущий слух писк.

Сигнал тревоги. Палата 312. Шевченко.

Сердце у Светочки ухнуло куда-то в пятки. Она не думая, сорвалась с места.

Она распахнула дверь палаты.

— Сергей Петрович! Что с вами⁈

Картина была страшной. Старик сидел в своем кресле, его тело обмякло. Лицо стремительно синело, он хватал ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. В его широко раскрытых глазах стоял животный ужас.

— Лекаря! Срочно лекаря сюда! — закричала Светочка в коридор, не оборачиваясь. — Надя, кислород! Быстро!

Она подскочила к пациенту, пытаясь расстегнуть воротник его пижамы, но ее руки не слушались. Через несколько секунд в палату вбежала ее напарница Надя с кислородным баллоном, а следом за ней, на ходу застегивая халат, ворвался заведующий, Аркадий Львович Сердюков.