— Вы здесь столы обслуживаете?

Я непроизвольно хихикнула, представляя какой гнев вызовет этот вопрос. Катерина тщеславна настолько, что любое упоминание про её прошлое подобно оскорблению!

Не знаю, знал ли Кузнецов про то, что мачеха в прошлом работала официанткой, или случайно так пошутил, но я испытала очень даже приятное чувство. Катерину задели и очень больно.

Разговор на этом завершился, хотя, скорее, монолог. Я и сказать не успела ничего, настолько неожиданно было встретить на этом вечере Екатерину Леонидовну.

Она одна здесь? Или где-то тут мой отец? Сердце предательски заныло, выдавливая непрошенные слёзы.

Прошло столько времени, а отец даже не написал мне и словечка, явно не переживая о том, что происходит с его дочерью. Вот ведь досада, все эти дни я так была занята своим самостоятельным выживанием, что о родителе своем некогда и думать было.

А теперь, среди пафосной вечеринки, хочется рыдать навзрыд. Глотаю слезы, пытаюсь дышать, чтобы не устроить потоп прямо на глазах всей деловой элиты города.

— Пойдем в другое место. — слышу голос Тимофея.

Он выпускает мою руку и практически несёт меня в сторону от общего потока людей.

Я чувствую его руки, которые прижимают меня спиной к его груди, потом он слегка приподнимает меня над полом и делает пару шагов в сторону.

Мы оказываемся в небольшом уголке, между дверями и огромным растением в горшке.

— Мы можем уйти сейчас. — говорит Кузнецов, поворачивая меня к себе лицом.

Я словно кукла, покорно принимаю все эти манипуляции с моим телом, только отмечаю жаркие вспышки на коже в тех местах, где мужчина меня касается.

Соблазн уйти очень велик, я с самого начала была вся на нервах из-за этого вечера, а встреча с мачехой может стать не самым неприятным событием, вполне возможно здесь же появится Мирослав.

Но нет, хватит давать возможность Катерине портить мне жизнь! Я сама решу, когда и куда мне идти, а не эта крокодилица.

Кроме того, я бы хотела узнать, с кем она здесь. Попасть сюда стоит немалых денег, если нет приглашения.

В сторону страхи, нужно идти вперёд. Поднимаю глаза на мужчину рядом, он смотрит на меня с тревогой и я понимаю, что он для меня сейчас настоящая опора, поддержка.

Что будет потом, мне неизвестно, но сейчас я не одна, и это очень радует.

— Идем, посмотрим, что за аукцион. — говорю тихо, но уверенно.

Смотрю в глаза Тимофею, стараясь и взглядом передать уверенность в том, что говорю.

Тимофей дёргает одной бровью, как обычно он умеет делать, на губах появляется улыбка.

— Ну что ж, дорогая, пойдем на аукцион. — сверкая глазами произносит мужчина.

Все это время, пока мы стояли в укромном уголке, Кузнецов довольно крепко держал меня за талию. Иногда проводил ладонью чуть выше по спине, словно пытаясь успокоить.