— Значит победил? — тихо спросила я, размазывая слёзы по щекам.

— Не я. Ты, — Ливай обнял меня крепко и нежно, укутывая в одеяло тепла, защиты и безопасности. — Твоя магия. Иначе бы тьма поглотила.

— Я боялась, что…

— Диана, какого хрена?! — возмущённо пыхтел Игорь, впрочем, отползая от нас подальше. — Я и так пошёл тебе навстречу, позволил вернуться, а ты при мне же вешаешься на какое-то быдло?

Ливай ухмыльнулся, будто услышал презабавную шутку.

— Можешь продолжать. Мало кому удаётся меня так развлечь.

— Посмотрим, как ты в обезьяннике повеселишься, — его голос поднялся непривычно высоко. — Я щас омон вызову! Развелось борзоты. Ты, Диана, совсем поехала уже. Мало того что связалась с уголовниками. Тебя вытаскивать из этого надо. И лечить. Мда, повезло малому с такой мамашей. Надеюсь, он нормальным будет, а не как ты.

— Йоргес твой сын? — Ливай ухмыльнулся. — Молодец, шутки всё лучше. А если правда, то я рад, что вовремя его забрал.

— Сдался мне этот выродок, — хмыкнул Игорь, доставая телефон и снова начиная что-то тыкать. — Я говорю о своём, — и кивнул на меня.

Господи, этот придурок не понимает, что безопаснее для него просто закрыть рот. А ещё лучше бежать. У меня не было сил огрызаться. Я обняла Ливая крепче и помотала головой.

— Мама беременна, — помог объясниться подбежавший Йоргес и с некоторым злорадством добавил. — А этот придурок её расстраивает. И дом хочет отнять, а её силой на себе женить.

— Рот закрой, щенок! — в голосе Игоря звякнул испуг.

Ливай застыл на мгновение, кажется, полностью утратил интерес к этому червяку. Стальные глаза замерли на моём лице.

— Беременна?

Я улыбнулась, смутившись. Так себе сюрприз вышел. Надо было как-то по-особенному признаться, а тут…

Ливай погладил меня по щеке, а после склонился и нежно поцеловал. По коже мурашки побежали, тело стало мягким и непослушным. Прервавшись, чтобы ещё раз посмотреть мне в глаза, Ливай улыбнулся и смазал пальцем мокрую дорожку. Потом положил ладонь на мой живот и коснулся лба своим.

— Забывай о проблемах. Я буду их решать. Тебе не о чем волноваться.

Я прижалась к нему крепче. Сама не ожидала, что такие простые слова вызовут столько эмоций. Все эти дни, пока мы с Армандо и Йоргесом обманывали друг друга и искали выход ни у кого из нас не было решения. Всем троим было необходимо услышать что-то подобное.

— Мы можем вернуться домой? — этот вопрос волновал сильнее всего.

Ливай погладил меня по волосам. Снова удивилась, что рука, привыкшая сражаться, умеет быть настолько нежной и ласковой.

— Ты останешься моей, — он сказал это одновременно и как вопрос и как утверждение. Будто вырвавшаяся мысль, от которой у меня снова марашки побежали. — Можем, конечно. Всё, что захочешь.