— Иначе ничего не получится.

Ливай выслушал, не изменяя себе в выражении лица, а потом посмотрел на меня.

— Диана, на пару слов.

Я медленно выдохнула и повернула к себе ребёнка:

— Скоро вернусь, обещаю, — я погладила его по плечам, пытаясь успокоить. — Тебе нужно набираться сил, поэтому я принесу еды, хорошо?

— Ты же вернёшься? Не уйдёшь больше? — глаза такие… кот из Шрека отдыхает. — Если он, — зыркнул на Ливая, — будет выталкивать, позови меня. Я проиграю, но сделаю всё, чтобы тебя защитить. Главное, ты, мамочка.

Да что ж ты с моим сердечком делаешь, а?

— Она сейчас придёт, — серьёзно произнёс Ливай.

— Слово чёрного стража.

Вот так неожиданно я стала мамой. Класс. Что ж, ладно. Не бросать же ребёнка в самом деле, его и так не пойми во что втянули. Кто-то должен о нём позаботиться.

Погладив мальчика по голове, я улыбнулась и коснулась губами его лба.

— Всё будет хорошо. Теперь точно. Я рядом.

Мальчик задрожал и, обвив мою талию неожиданно сильными руками, зажмурился и медленно кивнул, после чего отпустил. Я поднялась и, не решившись его трогать, пошла за Ливаем.

Что мне теперь делать? Он считает меня мамой.

Не могу же я забрать его себе, как котёнка. Или могу? Видимо, его настоящая мама вернулась в родной мир, а мальчик все эти годы мечтал с ней встретиться, вот и уцепился за первую попавшуюся возможность. Как же грустно, что его желанию познакомиться с ней не суждено сбыться.

Мне, само собой, уже рассказывали о стражах, но встретиться с кем-то из них вживую оказалось… сложно.

— Когда ты сказала, что у нас может быть ребёнок, я не думал, что настолько СКОРО, — первое, что сказал Ливай, когда мы вышли в коридор.

Да уж. Неподражаемый юмор моего мужа.

— Прости, я не смогла возразить. Он перепугался.

— Его использовали для чего-то связанного с ритуалом устранения стражей и, возможно, шпионажем. Главный клирик собирается прийти с палачом. Пытать я не позволю, но напугают его хорошо. Меня явно ненавидит, не смогу расспросить, — Ливай склонил голову к плечу — Но есть ещё вариант. Ты.

Час от часу…

— Мы же можем оставить мальчика себе? — я и сама удивилась этому вопросу. — Если придётся выведывать секреты, которые могут стоить ему жизни, то я хочу обеспечить защиту и безопасность.

Ливай потёр переносицу.

— Ожидал от тебя этого вопроса. И в качестве кого ты хочешь его оставить? Он не вещь и не приблудившийся щенок. Это серьёзно.

— Я знаю. И знаю, придётся объяснить, что он ошибся, но… Не могу иначе. Да, я понимаю, большая ответственность, мальчик почти взрослый, но сейчас, сегодня, ему это нужно. Мне грустно представлять, что он чувствует. Знаю, что на одной жалости ничего не построить, поэтому я спрашиваю тебя. Он не со зла огрызается, ему страшно.

Ливай заглянул мне в глаза.