— Император поставил это дело на особый контроль. Но увы, ничего не вышло.

— А как такое может быть? Один из расследователей работал в академии. Он очень быстро обнаружил преступницу. Ему для этого и делать ничего не пришлось, только и знал, что сидел и чаи с пирогами распивал.

Сир Магфрид добродушно усмехнулся.

— Полагаю, там речь шла о магическом преступлении. В таких случаях расследователи справляются с легкостью. Но тот, кто убил хранителя, не пользовался магией, его отравили самым обычным ядом. Вернее, не самым обычным, сильнодействующим и очень редким. Но для приготовления отравы не понадобилась и толика магического воздействия.

Полагаю, как и для вашего пахучего настоя.

Мои руки похолодели. На что он намекает? Впрочем, вряд ли он всерьез хочет обвинить меня в этом убийстве, ведь когда это произошло, я была грудным младенцем. Ну уж нет, я не позволю сбить себя с толку.

— А они не пытались выяснить, с кем он ел или выпивал накануне? Ведь яд ему нужно было как-то подсыпать или подлить.

— Ядом была обмазана его бритва. Очень изящное решение. Это не та вещь, которой принято делиться с другими, никто другой не стал бы ею пользоваться.

Нельзя даже точно сказать, когда именно был нанесен яд. Убийце нужно было лишь обработать лезвие и терпеливо ждать, когда хранитель будет немного неаккуратен, чтобы пораниться. Такое часто происходит при бритье, как человек, уже много лет избавляющейся от бороды, могу заявить это со всей уверенностью. В тот раз бриться ему помогал камердинер. Небольшая царапинка — и хранитель забился в судорогах. Слуга тотчас же побежал за целителем. Обернулся скоро, не прошло и десяти минут. Но когда сир Гильям явился, спасать было некого: хранитель был уже мертв. А короны на месте не оказалось.

— Получается, убийца за эти десять минут успел войти в его комнату, забрать корону и сбежать?.. — проговорила я задумчиво.

— Похоже, что так. Но рядом с комнатой никого не было. Никого, кто мог бы увидеть входившего.

Надо же, какое поразительное везение, подумала я про себя. Вот только что-то мне не кажется, что человек, раздобывший редкий яд и додумавшийся намазать им лезвие бритвы, стал бы рассчитывать на везение. Нет, он явно придумал какой-то фокус.

Скорее всего, к моменту смерти хранителя корона уже была у него. Например, если это сделала его любовница. Чего ей стоило мило промурлыкать: «Дорогой, я так хочу примерить корону. Ты мне позволишь?» И вот уже он с идиотской влюбленной улыбкой достает ее из сейфа, протягивает своей ненаглядной. Она как-то ловко меняет ее на копию и возвращает ему уже не настоящую корону… Так, стоп! Когда открыли хранилище, короны уже не было. Если бы она подменила ее копией, то в хранилище обнаружили хотя бы копию.