Но так как наблюдение за больными было нормой в деятельности любого медика, аномального поведения данного пациента ему было вполне достаточно, чтобы поставить диагноз.

— У него амнезия?

— Только частичная. Ему известно кто он, но избегает отвечать на вопросы о том, где находился или чем занимался непосредственно перед взрывом.

— Но это не означает, что он этого не помнит.

— Я это осознаю, но он не ответил мне, какой сегодня день. Он знает год, но, по моему мнению, у него имеются некоторые пробелы в памяти, а без его сотрудничества, у нас нет никакой возможности определить, насколько они велики.

Она почти захотела пожелать доктору удачи, но оставила при себе остроумный комментарий. Ее отец был упрям и подозрителен к любым представителям власти. Вероятно, доктор уже понял это.

— К нему вернется память?

— Нельзя сказать наверняка, но в большинстве случаев, если нет значительного поражения, мозг постепенно проводит повторную диагностику, обходя пораженные участки, и восстанавливает информацию. У нас нет результатов его предыдущей томографии,[8] чтобы провести сравнение, поэтому трудно сказать, насколько сильно повреждена мозговая ткань. Вот то, что я могу вам сказать: повреждение ограничено небольшим участком в его левой лобной доле, внешне совпадающим с раной от удара.

Ее папа не хотел бы знать, что они копались в его голове. Он мог быть до смешного странным относительно подобных вещей, и медперсонал вышел сухим из воды только потому, что он находился без сознания, но Джози отдавала себе отчет в том, что не было никаких гарантий того, что у отца будет хорошее настроение, когда она зайдет проведать его позже.

— Что-нибудь еще?

— Ну, у него есть несколько поверхностных кровоподтеков и синяков, но никаких внутренних повреждений. — Она уклончиво осведомилась, что могло вызвать его травмы, и тотчас же ощутила возросший интерес доктора.

— Я могу его увидеть?

Доктор нахмурился, но кивнул.

— Может это и к лучшему. Может хоть вам удастся убедить его сотрудничать с нами.

Это вызвало скептическую усмешку на ее губах.

— Я могу попробовать.

Медсестра сопроводила девушку в обратную сторону в самый конец коридора к одноместной больничной плате. Ее отец сидел на кровати, его глаза были плохо сфокусированы, но, несмотря на это, пристально изучали палату на предмет поиска возможной угрозы. Настоящий профессионал, действующий в критической ситуации.

— Привет, папа.

— Джози-детка.

Она подошла и встала около кровати, положив руку на его предплечье.

— Как ты себя чувствуешь?

— Жить буду."

"— Доктор думает, что у тебя частичная амнезия.

Бледно-зеленые отцовские глаза сощурились.

— Чертов наглец.

Джози улыбнулась этим первым проблескам юмора, с тех пор как земля впервые заколебалась под её ногами.