Конечно, мне здорово не хотелось это делать, но я действительно решил, что в крайнем случае придется… Штука еще и в том, что с утра у меня было очень нехорошее чувство. Я уже потом понял, на что это похоже – словно из меня выжали сок. Не весь, конечно, сравнительно небольшую порцию. Но если бы так пошло и дальше, не уверен, что меня хватило бы надолго. А я, знаете ли, как и вы, не люблю, когда меня едят. Особенно когда меня едят заживо. Думаю, наши гостеприимные хозяева ничем не лучше этих хваленых людоедов из Красной Пустыни – как их там?

– Местные жители называют их мадкарами, – Кофа недоверчиво покачал головой. – Знаешь, я не думаю, что все действительно так ужасно. Черхавла – странное место, но тамошние обитатели вовсе не похожи на хищников.

– У каждого свои кошмары, наверное, – вздохнул я. – И это к лучшему. Пока я тихо попискивал от ужаса, вы могли спокойно искать выход.

– Ну почему – попискивал? – фыркнул Кофа. – Ты выглядел очень грозно, мальчик. Особенно когда запугивал эту милую леди своими Смертными Шарами. Все трепетали, поверь мне.

– Да уж, могу себе представить, – с облегчением рассмеялся я.

А потом я свернулся калачиком под теплым одеялом и сладко уснул. Снилась мне, надо сказать, какая-то чушь, туристический поход по Великой Красной Пустыне Хмиро. Только в моем сне нас сопровождал халиф Нубуйлибуни цуан Афия. Он все время требовал, чтобы его восхваляли, а мы с Кофой почему-то ленились его восхвалять.

– Какая глупая Черхавла. Собиралась меня похитить ради сомнительного удовольствия созерцать весь этот бред, – возмущенно пробормотал я, проснувшись.

Кофа одобрительно хмыкнул откуда-то из темноты. Я перевернулся на другой бок и снова уснул.

Наутро я обнаружил, что Кофа не только беззастенчиво вытащил плеер из кармана моего лоохи, но и каким-то образом сообразил, как им пользоваться. Выражение счастливого недоумения на его обрамленном наушниками лице внушало надежду, что остаток нашего путешествия не будет омрачен постоянным треньканьем жуткой шарманки.

Кофа заметил, что я проснулся, и сделал страшное лицо: дескать, не вздумай меня отвлекать! Я понимающе улыбнулся и полез в Щель между Мирами за чашечкой капучино – мне казалось, что я мечтал о ней с момента рождения.

Все становилось на свои места, да еще с такой скоростью, что мне оставалось только благодарить всемогущее небо, с которым время от времени случаются приступы совершенно фантастического милосердия.

– Кажется, мы приближаемся к Кумону, – объявил Кофа утром пятого дня нашего полета.