Впрочем, это сомнительное удовольствие вообще почти никому не доступно, в том числе и ребятам, которые до сих пор волокли наш подарочек, – Кофа указал на сверток с неподвижным телом несчастного Кумухара Манулы. – Надеюсь, ты в состоянии взять на себя этот нелегкий труд?

– Ну, уж на это моего скромного могущества вполне хватит.

Отработанный годами практики неуловимый жест левой рукой – и уменьшившийся до микроскопических размеров сверток с нашим пленником оказался надежно спрятан между большим и указательным пальцами моей удивительной верхней конечности.

Носильщики дружно открыли рты. Если бы они были христианами, они бы непременно перекрестились, но ребятам пришлось ограничиться судорожным сглатыванием слюны – тоже ничего себе техника. Могу их понять, в свое время я столь же ошеломленно пялился на Шурфа Лонли-Локли, в чьем безупречном исполнении мне довелось впервые увидеть этот фокус.

– Хорошо, – похвалил меня Кофа. – Теперь можно переступить сей священный порог. Ты испытываешь трепет, мальчик? Догадываюсь, что нет. И совершенно напрасно. Обитателей нашего прекрасного Мира, которым было позволено переступить этот самый порог, наверняка можно пересчитать по пальцам.

– Правда? – удивился я. – Нет, я, конечно, понимаю, что сюда не заходят люди с улицы, но пересчитать по пальцам – это уж слишком! Полагаю, у халифа должна быть целая куча слуг.

– Куча, и не одна, – согласился Кофа. – Но доступ в личные покои имеют два-три человека, не больше. Остальные служат халифу, не обременяя его своим присутствием.

– Как монарх с большим стажем, я одобряю действия своего коллеги, – фыркнул я. – Не видеть ни слуг, ни подданных – наши взгляды на счастливую царскую жизнь удивительным образом совпадают."

"– Только не вздумай сообщить халифу, что вы с ним коллеги, – попросил Кофа. – Для официальных встреч с прочими монархами, даже если речь идет о простом повелителе кучки плохо причесанных кочевников вроде тебя, в Куманском Халифате существует совершенно особый регламент. Приготовления к встрече должны начаться года за два до ее начала, владыкам приходится обмениваться несколькими дюжинами дружеских посланий, в которых они подробно описывают положительные эмоции, каковые якобы испытывают в предвкушении грядущего свидания, и все в таком духе. Представляешь?

Я содрогнулся.

Миновав бесчисленное количество просторных залов с фонтанами и без, украшенных драгоценной мебелью, усаженных ароматными растениями и почти совершенно пустых, мы наконец остановились на пороге самой дальней комнаты.