А потом! «Он не для тебя!» — эта мысль вновь резанула моё глупое сердце.

Теперь, после поцелуя, было ещё больнее вспоминать сегодняшнее утро. Ведь мужчина не может просто взять и поцеловать девушку? Должны же быть хоть какие-то чувства? Ведь должны быть, правда?

До меня стал доходить смысл его слов. «Выпил магию через поцелуй». Вот как? Резко вскинула голову и уставилась на него.

Александр стоял, скрестив руки на груди, и задумчиво смотрел вдаль. Всё, что я хотела ему сказать, вылетело из головы. Он, как и в первый раз, казался мне существом из другого мира. Мужественное лицо.

Гордая посадка головы. Он поправил рукава своей рубашки, и даже эти движения подчёркивали его уверенность в себе.

Он повернулся, и наши взгляды пересеклись.

Мне захотелось отвернуться, оторвать от него взгляд, но не могла. Колени предательски ослабели, и я почувствовала, как сердце забилось быстрее.

— У меня есть предположение, что твоя магия очень древняя, — бесстрастно заговорил он, снова перейдя на «ты». — Возможно, ты обладаешь способностями так называемых танцоров стихий.

Я молчала, не в силах прекратить смотреть на него. И снова видела то самое, уже знакомое пламя в его зрачках.

— Танцоры стихий опасны для драконов.

Его слова рухнули на меня могильной плитой и придавили так сильно, что я с трудом смогла сделать рваный вдох, больше похожий на всхлип. Тело сжалось, предчувствуя удар.

— Опасны? — сдавленно переспросила я и прижала ладонь к шее.

— Пока у меня нет полной информации, адептка Литори. И это только предположение, — он отвёл взгляд, и я пошатнулась, словно лишилась опоры.

— Розалинда говорила что-то подобное, — тихо проговорила я.

— Что именно? — тут же спросил он резко.

— Что таких, как я… — сбилась, почувствовав в горле ком, но совладала с собой и продолжила: — Людей с подобной магией драконы раньше выпивали до дна. Полностью лишая магических сил.

Договорив, я взглянула на Александра украдкой. Он на меня не смотрел, и мне стало немного жаль.

— Да, — согласился он после короткой паузы. — Скорее всего.

И тут я вспомнила слова Моники и испугалась ещё больше. Наверное, не стоило ему говорить. Наверное, нужно было всё же попробовать разобраться само́й. Но я уже открыла рот и сказала:

— Александр!

Он повернулся, и я снова начала плавится в пламени его глаз.

— Моника, — произнесла с трудом, неистово желая, чтобы он отвернулся и одновременно с этим мечтая, чтобы продолжал смотреть, — сказала, что возможно во время нашей драки…

Александр всё же отвернулся.

— Адепты из группы боевых драконов, — увереннее заговорила я, — высасывали мою магию во время драки.

— Плешивые прихвостни, — пробормотал себе под нос куратор.

— Но это только предположение Моники! — быстро воскликнула я. — Оно может быть ошибочным.