Ньюберг был погружен в свои мысли и никого вокруг не замечал. Видимо, никто не видел моего состояния, и это очень хорошо. С одной стороны…

Я вытерла ладонью лоб, выдохнула и двинулась вслед за группой. От хорошего настроения не осталось ни следа.

На подходе к тренировочной площадке я увидела в небе золотого дракона.

Его чешуя блестела на солнце, словно покрытая миллионами драгоценных камней. Широкие, мощные крылья разрезали воздух. Дракон пари́л. Он делал широкие круги. Играл с облаками, как будто танцуя. Ловко маневрировал. Нырял вниз и снова поднимался, наслаждаясь свободой и бескрайним простором.

С земли раздался резкий свист, и Александр зычным голосом проорал:

— Спускайся!

Дракон начал аккуратно снижаться, раскрыв крылья ещё шире, чтобы замедлить падение. С каждым мгновением он приближался к земле. В воздухе явственно повисло напряжение, словно все вокруг затаили дыхание.

Мощные лапы коснулись земли. Дракон издал громкий, величественный рёв, который разнёсся по окрестностям, а затем его форма начала меняться. Чешуя мерцала, как солнечные лучи на воде, превращаясь в мягкую человеческую кожу.

Крылья исчезли, уступая место крепким рукам и ногам. Через мгновение перед нами стоял обнажённый Тай. Я зажмурилась и отвернулась.

— Накинь, — услышала голос куратора и приоткрыла один глаз, повернув голову.

Кусок ткани, что Александр принёс с собой, оказался длинным плащом, полностью скрывшим тело парня.

— Одевайся и приходи на поле, — последовал приказ.

Тай коротко склонил голову.

— Благодарю тебя, что разрешил полетать, — произнёс он.

Александр хлопнул принца по плечу.

— Тебе было нужно, — проговорил он с сочувствием в голосе.

Потом развернулся к нам и рявкнул:

— На поле! Повторяем вчерашний комплекс! Мэтью Бреннон первый!

Начался очередной день.

После тренировки мы, уставшие, ввалились в столовую. А потом, не сговариваясь, разбрелись кто куда. Единственный за первый месяц учёбы свободный день каждый решил использовать по своему усмотрению. Я же собралась с духом и решила воспользоваться советом Розалинды. Обратиться за помощью к магистрам. И так как магистр Ферно в академию так и не вернулся, я пошла к Шарм.

Перебирая в голове вчерашний разговор, гадала и никак не могла понять: пусть моя магия редкая, но неужели никто в ней не разбирается? Так ведь не бывает? Не может быть! Розалинда же опознала её, значит, и другие могут.

Моника сказала, что мои приступы выброса стихийной магии, это следствие, а не причина. Допустим. Хорошо. Но выполняя задание для магистра Шарм, я нашла у себя все признаки обычной неустойчивой магии. Как у детей. И то, что она возникает из-за сильных эмоций. Или физического истощения. Астрального влияния.