– Считаешь, я слишком много пью? – она сбрасывает с ног пушистые тапочки и идет в гостиную, с интересом осматриваясь. – У тебя квартира без лица, – задумчиво бормочет она.

– Да, ты определенно много пьешь, – отвечаю на ее первый вопрос, проигнорировав замечание о квартире.

– А ты мой папочка? – спрашивает Ася, повернувшись ко мне и сложив руки на груди.

– Ему я точно не завидую.

– И что это должно означать?

– Из скольких передряг ему приходилось тебя вытаскивать?

– Кто ж считает? – дернув плечом, Ася усаживается за стол. – М-м-м, приятно пахнет. Чем кормить будешь?

Ее вопрос уводит мои мысли далеко от еды, особенно когда я прослеживаю взглядом длинную обнаженную ногу.

Моргаю, чтобы прогнать это изображение из головы, потому что это до добра не доведет.

– Запеченный лосось на подушке из шпината со специями, салат и спагетти в сырном соусе.

– О, наемся домашней еды до отвала.

Ася нетерпеливо ерзает на стуле, пока я накрываю на стол, но даже не пытается предложить помощь. Хотя я и не жду. Такие девочки, как она, не приучены делать работу по дому. Поставив стаканы с грейпфрутовым соком, усаживаюсь напротив и беру в руку вилку.

– А вино? – спрашивает Ася.

– А от вина тебе надо немного отдохнуть.

Ася недовольно кривится и делает глоток сока, после чего ее перекашивает еще сильнее.

– Фу, горький.

– Скажи спасибо, что не какой-нибудь смузи из сельдерея.

– А ты такое можешь, да? – с улыбкой спрашивает она и вонзает вилку в нежную мякоть рыбы.

– Я и не такое могу.

– Где научился?

Как только Ася это произносит, то кладет в рот кусочек рыбы со шпинатом, прикрывает глаза и так красиво стонет, что у меня в паху скручивает от желания.

Надо отдать себе должное и даже, возможно, как-то поощрить за выдержку, потому что на моем лице не дрогнул ни один мускул. А вот фурия выдает себя с головой. Сразу после стона она резко распахивает глаза и впивается в меня взглядом. Хмыкнув, качаю головой. Получается, еда не настолько вкусная, как она тут пытается мне продемонстрировать. На самом деле, кое-кто, похоже, нарывается на очередные приключения.

– Ты черствый чурбан, Ванечка, – выдает Ася, а моя бровь сама собой взлетает вверх, и я смотрю на девушку вопросительно.

– Ванечка?

– Пф, это не уменьшительно-ласкательное обращение, не обольщайся.

Скорее пренебрежительное.

– Ну что ж, Асенька, – делаю акцент на ее имени, – пояснительную бригаду мне насчет чурбана.

– Я вчера тебе предлагала секс.

– Намекала.

– Не придирайся к словам, смысл-то ясен.

– И как это связано с характеристикой, которую ты дала мне сегодня?

Ася закатывает глаза и отпивает сок, уже не кривясь. Возвращает стакан на место и смотрит на меня, склонив голову набок.

– Другой бы уже повелся и трахнул меня раз пятнадцать.