– Я нужен вам! – воскликнул Элинор Морри и сам испугался того, как громко прозвучал его голос.

– В качестве контрабандиста мы найдем фигуру не столь заметную. Каждый раз такая морока вас переправлять. А на большее вы оказались неспособны! – в голосе дракона слышалась угроза. – Мне проще сбросить вас со своей спины, чем везти к границе!

– Если бы вы могли, то так бы и сделали. Но вы терпите это унижение, раз за разом возя на своей спине человека, превращаясь в покорную лошадь, – герцог Пределов рассмеялся, явно дразня дракона.

Неужели он настолько бесстрашный?

– Если вы так вызывающе себя ведете, то у вас либо есть иные улики, либо вы просто безумец, – Драгант говорил тихо, но от его слов кровь в жилах стыла.

Я вся дрожала.

Горячие пальцы Реджинальда нашли мои ледяные и заботливо их укрыли в ладони, словно в колыбели.

– Если вы не нашли доказательств в доме маршала, то либо он носит это с собой, либо давно уничтожил. В любом случае этот узор должен был навсегда отпечататься в его памяти. Думаю, что я могу вернуться в Левиторию и привезти в следующий раз оттиск, который вы и покажете Императору. Его пес слишком предан господину, он не будет врать и укрывать ненавистную человечку, когда Император спросит напрямую.

Я едва не вскрикнула, но Реджинальд успел накрыть мой рот своей ладонью.

Кузен короля Лавитории и начальник стражи Императрицы удалялись к взлетной площадке. Еще какое-то время до нас доносились обрывки фраз, но в них не было ничего важного.

Эти двое бранились, как два старых приятеля, что просто выбрались вместе в пивнушку. Никому бы и в голову не пришло вслушиваться в их речи.

Но мы и так слышали слишком много.

Какую человечку укрывал мой муж? Неужели, это они обо мне? Или у него под защитой был кто-то еще?

Сердце рвалось из груди. Хотелось отдышаться, но этому все еще мешала ладонь Реджинальда, что стиснула мой рот.

В какой-то момент мне показалось, что он так и задушить меня может.

Но в чем же была моя вина? Я все еще не понимала.

Я чувствовала спиной, что и сердце Реджинальда бешено стучало.

Морри и Драгант уже давно ушли и не могли нас услышать, но мы так и стояли, словно две статуи.

Набравшись смелости, я сама отвела руку Реджинальда от лица. Он, не сопротивляясь, позволил мне это.

После я развернулась к нему и взглянула в глаза. Они светились слабым медовым цветом, зрачок был вертикальный. Он смотрел прямо перед собой и словно не видел меня.

Я не знала, что делать, а Реджинальд казался задумчивым и отстраненным. Будто совещался сам с собой за закрытыми дверями.

– Что это все значит? – спросила я шепотом, когда поняла, что пауза затянулась.

Моргнув, дракон встрепенулся и словно сбросил с себя пелену.

– Срочно домой! – рыкнул он.