Тогда, давая выход щекочущим пузырькам внутри, подбивающим совершить что-нибудь безумное и озорное, я резко опустилась к воде и пролетела над ней так низко, что задними лапами подняла тучу брызг, визжа от восторга.

Спохватилась, что такое поведение королеве уж точно не пристало, и тут же была обрызгана волной, гораздо большей, чем та, что подняла я.

Метнулась в сторону и, отфыркавшись, оглянулась. Рядом со мной, с довольной улыбкой, скользил над водой король драконов, и брызги у него получались просто великолепные. Он то так, то эдак поворачивал лапы, и волны от них расходились то шире, то уже, то долетали до меня, то почти совсем пропадали. Я, как зачарованная, любовалась этой красотой, понимая, что мне до такого умения далеко.

А в это время вокруг нас, гуськом, пролетели наши охранники, скользя задними лапами по воде, словно по льду, выписывая зигзаги и петли, но брызги летели лишь в сторону от нас — на меня не попала ни одна капелька, в то время как муж, воспользовавшись тем, что я отвлеклась на других драконов, вновь меня обрызгал.

Ахнув, я решила отомстить и попыталась облить его, используя крылья вместо ладоней, как тогда, когда мы купались в озере. Вот только подо мной было не озеро, по дну которого я спокойно ходила, а глубокий пролив. Перестав держаться на крыльях, я тут же упала в воду.

Но даже испугаться не успела. В следующее мгновение сильные лапы подхватили меня, выдернули из воды, и вот Эльрион снова несёт меня, как в тот раз, когда я, балуясь, пыталась выписать вокруг него петлю и чуть не упала. Снова я попыталась пошалить, и опять чуть не поплатилась.

Совершенно несолидное поведение, но, видимо, то самое «шило в попе», которое спало последние восемь лет, давало о себе знать. И почему-то, именно в облике дракона. В крылатой ипостаси я чувствовала себя гораздо свободнее и раскрепощённее. Именно драконом я перестала бояться мужа и впервые обратилась к нему на «ты». Моя драконица совершала более безрассудные поступки, чем я в двуногой ипостаси. И, к моему удивлению, мужа это, похоже, только веселило. Вон как улыбается, глядя на меня — я увидела это, задрав голову, чтобы посмотреть на его реакцию. Хорошо, что у драконов такая длинная и гибкая шея, человеком я себе за спину заглянуть не смогла бы.

— Прости, — пробормотала смущённо.

— Не надо извиняться. Я рад, что ты немного расслабилась, а то такая зажатая с самого утра.

Он был прав. После игры с водой настроение поднялось. Вот только…

— Моя одежда! — подняла лапку с зажатой в кулаке сумкой. — Она вымокла…

— Таулас, Хаофор, — обернулся дракон, — у её величества проблема с одеждой.

К нам подлетел Третий, аккуратно вынул из моей лапы сумку — я так растерялась, что отдала без возражений, — и снова исчез.