Пришедших сюда ради своего единственного желания, которое исполнилось сполна, да только результата желающий уже не увидел. Потому что цель моя не исполняет чужие прихоти бесплатно и берет за свои услуги очень высокую плату.

Мне везло раньше. Я приходил сюда – и по какой-то странной прихоти Зоны уходил обратно. И желания мои сбывались – пусть не всегда так, как мне хотелось. Но сбывались же! Однако сейчас я чувствовал, что на сей раз и я лягу рядом с этим сверкающим Монументом. Потому что за такое желание придется расплатиться сполна.

– Ну, здравствуй, Монумент, – проговорил я, чувствуя, как отпускает меня накрученное, искусственное безумие и как вместе с ним покидают мое тело оставшиеся силы.

Настолько, что я не устоял на ногах и рухнул на колени. Не из-за почтения к самой известной и загадочной аномалии Зоны, а лишь потому, что иначе – никак. Иначе вырублюсь и сдохну раньше времени, и тогда все, через что я прошел, будет зря.

Глупое это занятие – здороваться с аномалиями. Но мне показалось, что небесное сияние стало ярче. Узнал постоянного посетителя? Может быть. Кто его знает, что там на уме у этих аномалий, особенно такого уровня.

Да и какая разница – узнал, не узнал? Главное, успеть сказать то, что я принес с собой, что камнем на душе лежит, дабы сбросить тот тяжкий груз – а там и сдохнуть не жалко.

– Я дошел до тебя, Монумент, я имею право, – прошептал я немеющими губами. – Спаси миры, что я обрек на смерть ради того, чтобы вернуть к жизни своих друзей. Я виноват, Монумент, я очень виноват. Из-за меня они умерли, только из-за меня, но я спас их, несмотря ни на что. А теперь ты не дай погибнуть мирам, в которых они живут. Прошу тебя, Монумент.

Ведь я дошел. Я имею право на желание…

– Не имеешь, – прозвучал голос сбоку.

Я с трудом повернул голову.

Он стоял, целясь в меня из винтовки, а рядом у его ног застыл огромный мутант с кисточками на ушах. Оба они были слишком ярко озарены сиянием Монумента и потому казались нереальными, были похожи на мираж, на полупрозрачную голограмму, колеблющуюся над бетонным полом. А может, это было просто предсмертное видение…

– Нет у тебя никаких прав, Снайпер, – проговорил призрачный Лесник, и глаза призрачного Лютого сверкнули неестественным синим пламенем.

 – Ты как болезнь на теле Зоны. Где появляешься ты, там нарушается равновесие, рвутся границы между мирами, гибнут десятки живых существ, которых ты убиваешь, оправдывая их смерть своим Предназначением. Настала пора вылечить Зону от тебя, сталкер, – и думаю, Зона будет мне благодарна за это лечение.

…Эхо одиночного выстрела хлестнуло по стенам огромного зала, многократно отразилось от них и затухло, запутавшись в переплетениях ржавых лестниц и кусков арматуры, тут и там торчащих из куч бетонного мусора.