На карточке значилось:

Екатерина Сергеевна

КАЛАШНИКОВА

доцент кафедры английского языка

Московской государственной

лингвистической академии,

кандидат филологических наук

– Римма, кофе – гостье! – прокричал я. – И вешалку!

– Чай, – поправила меня Екатерина Сергеевна.

– Чай – гостье! Вешалку! И конфеты!

– Конфет – не надо. Чай – без сахара.

Римка вышла из своего закутка и отобрала у очаровательной доцентши пальто. Я указал ей на стул для посетителей. Екатерина Сергеевна села.

Римка принесла ей чашку чаю, а мне, как всегда, крепчайшего кофе. Метнула в мою сторону оскорбленный взгляд. На этом, похоже, ее сегодняшние обязанности закончились. Поэтому ее уничижительный взор как бы говорил: и ради того, чтобы подать ей чаю, ты вытащил меня с заснеженной дачи в Абрамцеве, от друзей и подруг! Удивительно много, черт возьми, берут на себя современные секретарши! Я ответил Римке более чем суровым взглядом.

– Я бы попросил вас, Римма, – официальным тоном сказал я, – продолжить разборку и уничтожение архивов за прошлое столетие.

Когда дверь, ведущая в Римкин закуток, закрылась, я сказал весьма мягко голубоглазой филологине:

– Чем могу быть вам полезен?"

"Екатерина Сергеевна Калашникова рассказала о вчерашнем происшествии на перекрестке у кинотеатра «Пушкинский». Говорила она с характерными для преподавателя интонациями, ясно формулировала свои мысли. «Похоже, студенты ее обожают, – невольно подумалось мне по ходу рассказа, – а кое-кто из них, верно, в нее даже влюблен».

– И чем же, по-вашему, я могу быть вам полезен? – спросил я, когда прекрасная доцентша закончила свой рассказ.

– Вы же – детектив… – несколько удивленно протянула госпожа Калашникова.

– Видите ли, уважаемая Екатерина Сергеевна, если вы считаете, что вам угрожает опасность, и хотели бы, чтобы я обеспечил вашу круглосуточную охрану, – вы обратились не по адресу. В моем агентстве просто нет сил, потребных для этого. Да подобное мероприятие к тому же, прямо скажем, не из дешевых…

Она сделала отрицательный жест.

– Если же вы желаете, – продолжил я, – чтобы просто был найден злоумышленник, – за это можно взяться. Если мы с вами, конечно, столкуемся о цене.

Филологиня своим грудным, хрипловатым голосом сказала, что она, конечно же, предпочитает последний вариант.

Я удовлетворенно кивнул.

Далее между нами последовал небольшой торг. Затем мы заключили устное соглашение, о деталях которого я распространяться не буду. Они интересны только налоговой инспекции.

Екатерина Сергеевна сразу же передала мне аванс и деньги на текущие расходы (наличной «зеленью»). Я бросил доллары в сейф. С этой минуты госпожа Калашникова стала моей клиентшей.