– Да, гаразд, гаразд, жду!

Вот так открыто можно разговаривать только по «проводам», используя старый советский полевой телефон. А все сказанное голосом в радиоэфире враг может прослушать. А оно нам надо? Нет!

– Ну? – спросил я.

– Сказали, что пришлют машину.

– Одну?

– Ага. Пикап с медиком. Больше и не могли бы прислать, – пожал плечами Сарачук. – Техники мало. А обосравшихся можно и сидя в кузове возить, так что нормально.

– А как же выдуманные поляки?

– Да хрен хотели все друг на друга класть. Какое нам дело до поляков, которые тут разъезжают по своим делам?

– Ну ладно, – махнул я рукой, – одна машина так одна машина.

Будем танцевать тем, что есть.

Все переговоры с батальонным пунктом обороны Сарачук вел под непрекращающийся грохот канонады. Я связывался по защищенному каналу связи с нашими, строча сообщения по цифровой радиостанции. В тылу мне тут же отвечали выстрелами из минометов. В общем, делали все, чтобы напустить побольше туману и непоняток. Также с нашей, российской стороны в эфире сейчас шла яростная «болтовня», в которой сразу три стороны активно обсуждали перемещения непонятной группы товарищей на танке, двух БМП и паре пикапов.

А когда я передал условный сигнал, в нашем тылу тут же начали радостно кричать, что пикапы наехали на мины и подорвались.

В общем, у засевших на батальонном опорном пункте бандерлогов должно было создаться четкое впечатление, что где-то между ротным опорным пунктом и российским передним краем шарахается группа польских товарищей верхом на танке и двух БМП. Надеюсь, что наш спектакль прошел успешно, зрители впечатлились игрой актеров, прониклись и поверили. А иначе на батальонном опорном пункте вместо растерянных и удивленных глаз украинских вояк нас встретят пулеметные очереди и выстрелы из ПТУРов.

На ротном опорнике я оставил пятерку бойцов, они должны были дождаться подхода основных сил мобиков. Нельзя вот так вот бросать бесхозными отличные позиции, да еще и с неплохим арсеналом в виде минометов, гранатометов и прочих пулеметов. Не по-хозяйски это. Не дай бог припрутся сюда какие-нибудь пришлые укропы из соседнего ротного или взводного опорного пункта, закрепятся тут да и встретят наших мобиков огнем из всех стволов. Да и нам так будет проще: непонятно ведь, как там все повернется со штурмом батальонного укрепа; возможно, придется удирать несолоно хлебавши.

"

"За рулем пикапа радист Мыколай, рядом с ним Сыч, в кузове я, Бамут и Пестик. Мы со Стыловым изображаем обессиленных от поноса «трехсотых», лежа в обнимку с трофейными «Гансами». Семен едет стоя, держась за приваренную к крыше пикапа вертлюгу, на которой установлен ПКМ. За нами две «бэхи» с десантом на броне и внутри машин, десантники облепили БМП, как пчелы кусок сахара-рафинада.