Она бросила сумочку на пустующее кресло и подалась вперёд, выставив указательный палец:

— Ты — наглый и невоспитанный павлин! Если думаешь, что можно всю жизнь выезжать только на деньгах и внешности, то ты сильно ошибаешься! Мужчину красят на бицепсы и роллс-ройс, мужчину делают мужчиной его поступки.

— Классный маникюр. Что за оттенок? Навахо?

— Ты невыносим, Набиев! — Яна плюхнулась обратно в кресло, всеми силами стараясь скрыть улыбку. Всю её агрессию как ветром сдуло.

— Сан Висенте, пожалуйста, — заказал он и, отпустив официантку, любопытно прищурился. — Почему ты каждый раз так стремишься убежать? Тебе неприятно моё общество?

— Потому что ты своими действиями вынуждаешь меня это сделать, — она отвернулась, разглядывая в опускающихся на город сумерках прогуливающихся мимо ресторана прохожих. Затем, будто собравшись с мыслями, снова взглянула на Яна и на выдохе произнесла: — Почему ты так поступил со мной тогда? За что? Я не жду от тебя извинений или оправданий, просто скажи: за что?

Часть 38

Ян нахмурился, не понимая, о чём она. Она же горько усмехнулась:

— Пожалуйста, я просто хочу знать правду! Может, спустя столько лет для тебя это совсем не важно, но меня этот вопрос терзал годами.

— Да объясни ты мне, в конце концов! Хватит говорить загадками!

— Я о твоём споре. Споре на меня.

Удивился — не то слово. Он ожидал услышать сейчас что угодно, но только не это. Тот дурацкий спор с пацанами, он о нём совсем забыл. Вылетело из головы напрочь. Но… но как Яна о нём узнала?

Словно прочитав его мысли, она продолжила:

— Когда ты уехал, я приходила к тебе домой, хотела поговорить…

— Зачем приходила? Извиниться за то, что легла под того тюфяка?

— Не перебивай! — повысила голос, игнорируя его вопрос. — Мне нужно было сказать тебе кое-что важное, и это, возможно, могло бы всё изменить. Но, как оказалось, ты уже уехал, или вернее сказать — трусливо сбежал? Но ты знаешь, меня это тогда не остановило, я была готова отправиться искать тебя, уже купила билет до Москвы, но потом встретила ту девчонку… Полину… фамилия вылетела из головы…

— Минаева, — процедил он, и на скулах заиграли желваки.

Минаева, ну конечно! Он даже не удивился, что она и там приложила свою руку.

Подошла официантка и разлила вино по бокалам. Всё это время они сидели молча, прожигая взглядом друг друга. Оставшись снова наедине, Яна продолжила:

— Полина рассказала, что ты поспорил с друзьями, что переспишь со мной до дня своего рождения. Поздравляю, кстати, уложился точно в срок.

— Минаева — дура, а ты… — выдохнул и взъерошил пятернёй волосы. — Ты всё неправильно поняла! Вернее, да, спор был, но до того…

— До чего?

— До того, как ты мне действительно понравилась.