Друг удивленно поднимает бровь. Это первый раз, когда Эля ответила ему вполне серьезно и даже не закатила глаза, что он в который раз нарушил ее покой. Конечно, Вова в шоке от таких перемен. Я же тихо радуюсь, что наше с Элей сближение и разговор о Вове дали свои плоды. — Бабушка научила.

— А ты меня познакомишь со своей бабушкой?

— Тебе Елены Викторовны мало? — смеется она.

— Меня на всех хватит! — смело заявляет Вова. Я закрываю ладонью лицо. По опасной дороже пошел. Сейчас Эля от него снова закроется.

— Бабник! — бурчит девушка и отворачивается к окну.

— Дебил, — шепчу я. Вова хмурится.

— Ну что я такого сказал? — тихо спрашивает он.

— Натурой своей блядской нечего хвастаться! И думать надо прежде, чем говорить.

— Какие вы сложные все.

— Нравятся амебы, иди на последний ряд, — шиплю на него. Вова смотрит назад. Его внимание тут же видят одногруппницы, уровень интеллекта которых оставляет желать лучшего. Вообще не понимаю, зачем их родители запихнули в медицинский? Их же кроме шопинга, вечеринок и путешествий ничего не интересует.

— Нет уж. Мне и тут хорошо, — отвечает Вова. — Даже рядом с холоднокровными з…

Вова не успевает договорить. Ладошка Эли накрывает его рот. Я в шоке. Вова тоже.

— Не смей называть меня змеей, понял? — шипит она. Вот это друг ее достал… Эля понимает, что поддалась эмоциям и отдергивает руку, словно обожглась.

— А жабой можно? Она тоже холоднокровная.

— Твою мать… Ты сказочный идиот, — шепчу я, замечая, как глаза Эли наполняются слезами. Микроавтобус останавливается. Вова не успевает ничего сказать. Эля вылетает на улицу. — Чего сидишь? Беги за ней, придурок!

Друг бросается следом за одногруппницей. Выхожу из микроавтобуса. Замечаю парочку в 5 метрах от здания морга. Их наполовину закрывает широкий ствол дерева. Вова держит Элю за руку, не дает убежать. Не слышу, что она говорит, а вот Горин особо не старается быть тихим.

— Да красивая ты, Эля! Лучше всех. Особенная!

— Тогда почему? — срывается на крик девушка. — Почему ты мне эти гадости говоришь?

— Я не специально! Просто у меня рядом с тобой мозги в кисель превращаются. Вот и несу ересь.

— Лучше оставь меня в покое! — требует она, но я знаю Горина. Сейчас он пойдет в ва-банк.

— А хренушки! — отвечает он, тянет Элю на себя и целует.

— Давно пора было, — тихо говорю и я замечаю завистливые взгляды одногруппниц.

Степан Аркадьевич ведет нас к моргу. И, кажется, только я одна полна энтузиазма.

— Эх, надеюсь, вскрывать будут не какую-нибудь бабулю, — громко говорит Вадим. — Они же воняют жесть.

— Все трупы воняют, идиот, — шипит на него Ира.

— Ой, лучше бы какого-то парня, — поддерживает тему одна из «амеб». Я закатываю глаза.

— Что, мало членов повидала? — толкает ее в бок Семен. — Сонь, у трупов не стоит.