Запрыгиваю на пассажирское сидение авто Горина в тот момент, когда из двери служебного входа выбегает Арсений. Он в одних шортах и босиком. От октагона за мной бежал, что ли?

— Гони! — кричу Вове, но он и сам все понимает. С визгом стартует с места.

Мы вылетаем с парковки на бешеной скорости, вливаемся в движение на дороге. Горин не сбавляет обороты, ловко маневрирует среди других машин. Притормаживает только спустя пять минут. Поглядывает в зеркало заднего вида. Кажется, убеждается, что погони нет, поэтому, наконец, расслабляется и поворачивает на секунду голову ко мне.

— Расскажешь или будешь хранить молчание? — спрашивает он. Я грустно вздыхаю. — Блять, Барская! Тебя что, вообще, нельзя одну оставлять? Что ты вечно влипаешь в истории?

— Меня пытался изнасиловать один тип. Аверин спас, — тихо говорю я. Вова даже дышать перестает. — Халат порван, поэтому он дал мне свою кофту. Я пошла посмотреть на его бой. Он победил.

— А глаза чего на мокром месте?

— Его одна девка поцеловала прямо на ринге.

— Блять, — выдыхает Вова. — Ну твою мать, Лиза! Когда тебя угораздило-то?

Вместо ответа всхлипываю. Сама не знаю, когда. Знаю, что дура. Никогда не думала, что человек может так быстро проникнуть в душу и сердце. Аверину удалось. Нас ничего не связывает, между нами было всего два поцелуя, и то, один не в счет, а я уже страдаю. Что за дичь? Откидываю голову на сидение, растираю лицо ладонями.

— Все нормально, — выдыхаю я.

— Да ни хера не нормально! — Вова бьет ладонью по рулю. — Ты в клуб не вернешься.

— Вернусь!

— Тебе одной попытки изнасилования мало? Не впечатлилась?

— Ко мне приставили охрану. Этого не повторится.

— А Аверин повторится!

— На хрен он пойдет! — заявляю я.

— Скорее ты пойдешь, — отвечает Вова, за что ту же получает удар в плечо. — Ай, чего дерешься?

— Со мной так не надо разговаривать.

— Прости, я на эмоциях, — тут же говорит Горин, хватает мою руку в свою и мягко сжимает. — Я переживаю за тебя.

— Не стоит. Спасибо, что вытянул из клуба.

— Долго ты не сможешь от него бегать.

— Я знаю, поэтому не собираюсь бегать. Захочет поговорить, мы поговорим, но не сейчас. Мне нужно успокоиться, сбросить эмоции.

— Не думаю, что у тебя будет много времени.

— Одной ночи достаточно.

— Уверена?

— Да.

Вова останавливает машину у моего подъезда. Еще раз его благодарю и покидаю салон. Окна в квартире не горят. Значит, бабушка послушала меня и легла спать. Отлично. Не хочу сейчас ни с кем разговаривать. Меня душит обида. Я понимаю головой, что Арсений мне ничего не обещал, что у меня нет никаких оснований его ревновать, но сердцу плевать на голос разума. Ему больно. Оно еще помнит вкус прекрасного поцелуя, тепло мужского тела, силу объятий.

Тихо прохожу в квартиру, разуваюсь, раздеваюсь.