Может, бабушка твоя поподробнее написала, куда они там собрались?

Бабушкино послание оказалось более информативным: «Твой нынешний идиот вместе с идиотом бывшим полезли на вершину Олимпа. Не волнуйся, если они там свернут себе шею или их кто-то из богов прибьёт, мы тебе нормального жениха найдём. Думаю, и батюшка Морены переживать не будет. Любящая тебя бабушка.»

Реакция девушек было синхронной и достаточно громкой: на дружный вопль «Я его убью» обернулись чуть ли не все Хранители. Обсудить в деталях кровожадные планы по отрыванию голов девушкам не удалось — их прервал негромкий голос Никифоровой:

— Так, вижу, что все прибыли и явно устали от ожидания.

Попрошу прекратить обсуждение посторонних вопросов, даже если они кажутся вам крайне важными и неотложными, и приступить к делу.

Холодные глаза прошлись по собравшимся, останавливая людей и нелюдей на полуслове, и задержались на Василисе. Девушка испуганно выпрямила спину, попыталась сложить перед собой руки как примерная ученица, за отсутствием парты положила их на колени и уставилась на страшную Внучку преданным взглядом. Никифорова с некоторым сомнением кивнула и продолжила:

— Начинаем заседание.

Основной вопрос повестки вы знаете, за последние дни мы провели консультации со всеми заинтересованными лицами, единодушное мнение о необходимости закрытии границы с внешним миром сформировали, некоторые отличия обнаружились только в подходах и сроках. Надеюсь, что мы эти незначительные разногласия урегулируем быстро и без лишних словопрений.

Сменив официальное выражение лица на приветливое, что сразу всех насторожило, Глава Совета радостно объявила:

— Но сначала — приятная новость.

Я с удовольствием представляю вам новую старшую Хранительницу. Кольцо она унаследовала законно, хотя и несколько нестандартным образом, от нашей коллеги, безвременно покинувшей этот мир по собственной глупости, и должным порядком приняла. Кольцо также её признало полностью, что меня немного беспокоит. Василиса, встань, пожалуйста, пусть на тебя народ посмотрит.

В первом ряду вздрогнула и начала подниматься тётушка, но Кощей её перехватил, усадил обратно и начал успокаивать. Василиса встала, поёжилась под сотней взглядов, потом взяла себя в руки, и кланяться не стала, а лишь царственно наклонила голову.

Морена показала большой палец, а Никифорова завершила представление:

— Для того, чтобы все поняли, с кем теперь будете иметь дело, сообщаю: новая старшая Хранительница — не из нашего мира, а из того, который мы закрывать собрались. Но происхождение у неё самое достойное: можете считать её внучкой, в каком поколении — не имеет значения, достопочтенной госпожи Урмановой, моей предшественницы, не так давно добровольно сложившей полномочия.