Уселся, закатил глаза и вопросил опустевшую ветвь дуба:

— И за что это мне?

Василиса обиделась:

— Ты хоть объясни, что я опять сделала не так?

— Всё. Зачем было котёнка хватать? Мать на пару минут отошла…

— Но он ведь плакал.

— И что? А мозги включить? Или хотя бы меня спросить?

Василиса начала оправдываться:

— Ну, я думала, что у него мама пропала. И я его спасу, выращу, и он станет большой-большой, и будет мне другом и защитником. И я даже смогу на нём верхом ездить…

— И всё это за один день?

— В смысле?

— Ну, у тебя ведь однодневный тур, завтра — домой. Приволокла ты кошатинку в столицу, и дальше — что?

Василиса смутилась:

— Да я как-то не сообразила. Ну, в книгах пишут…

— Понятно, фэнтези читаем.

— И что в этом плохого?

— Да ничего. Читать — полезно. А вот фантазии в жизнь переносить — не очень.

— Так ведь здесь…

— Здесь не фэнтези, девица, здесь — сказка. Без этих ваших глупостей.

— Хорошо, вот если ты такой умный, так и просвети меня, чтобы я в такие идиотские ситуации больше не влипала. Заодно расскажи, что тебе эта истеричная кошка поведала.

Волк фыркнул:

— А что она могла сказать? Что все достали. И ребёнок, который минуту один посидеть не может, и тупые туристы, которые везде лезут и всё руками хватают…

Василиса невежливо прервала:

— Слушай, а почему ты разговариваешь?

— Как почему? Ты же сама попросила рассказать.

— В смысле, не почему, а как. И ты, и кошка эта… Ведь у вас голосовые связки к человеческой речи не приспособлены.

Волк осторожно отодвинулся на пару шагов:

— Ты лекарь?

— Нет, я юрист. Ну, законник.

— Тогда ладно. А то приходили тут разные. Давай, говорят, мы капельку крови у тебя возьмём, и кусочек мясца из глотки, чтобы разобраться.

— А ты что?

— Да ничего. Я тогда охраной дворца командовал, вот и выдворил лекаришек с чёрной меткой, чтоб ни ногой больше в Тридесятое царство.

— Ну, врачи — они такие. Ухаживал за мной один ветеринар… Хотя мы, юристы — тоже не сахар. Очень уж очень любим всё к нормам подтягивать. Так что ты меня одёргивай, когда я в чужой монастырь с российским Гражданским Кодексом полезу. И всё-таки — что там с органами речи, ты не увиливай.

— Ты, когда в детстве сказки слушала, интересовалась, каким органом Колобок говорит? И какие голосовые связки у яблони, или там у печки? А ещё Золотая Рыбка со щукой есть, тоже ораторы известные. Так вот и сейчас не задумывайся. Это — сказка. Компран?

— Так, мы и по-французски говорим?

Серый немного смутился:

— И что такого? Ну, забегал иногда в гости к французскому приятелю, нахватался немного.

— Слушай, раз уж разговор про Францию зашёл, а как ты визу оформлял?

— А зачем мне её оформлять? Какая может быть виза для зверя лесного?

— До чего же удобно! Здесь — начальник охраны, а здесь — зверь лесной.