Наши крошки… боже, спасибо. Спасибо тебе за это, – от счастья, от невероятной новости о том, что стал отцом дважды, смех слился с моими слезами.

Гладил Мари по голове, и смеялся. Неожиданно что-то запищало, и её рука ослабла в моей. Её глаза закрылись моментально.

– Что происходит? – Испуганно прошептал, замечая, как люди вокруг меня явно начали двигаться быстрее.

– Выведите мистера Лока! – Крикнули."

"– Пойдёмте за мной, – меня за руку пытались поднять, но я ещё крепче схватился за руку Мари.

– Что происходит? Почему глаза у неё закрылись? – Уже повысил голос.

– Уведи его!

– Мистер Лок, прошу вас я вам всё там расскажу, – уже двое отрывали меня от жены.

– Нет! Она не умирает же? Нет! Она не может умереть! – Пытался драться, но задыхался. Воздуха от страха не хватало, и меня выволокли из операционной, усадив на стул в коридоре.

– Что… что произошло? – Сдавленно прошептал, сорвав маску.

– Началось маточное кровотечение. Это может привести к смерти, но наши хирурги попытаются сделать всё, что в их силах, – произнесла женщина.

– К смерти? Она… нет… пожалуйста, я вам заплачу любые деньги… спасите её… пожалуйста… у нас дети… у меня… нет, – закрыл лицо руками, в голос оплакивая эту ночь. Ведь рождение – это прекрасное время, а сегодня я мог потерять любимую.

– Мы всё понимаем, но деньги тут не играют никакой роли. Ваша жена была очень слаба, её организм истощён, а два плода для такой комплекции опасны. Мы…

– Если она умрёт, я убью всех вас. Сделаю так, что сотру с лица земли эту больницу! Всё ясно? Я уволю всех! Вы хоть понимаете, кто я и чью жену оперируют сейчас? Она моя! Это моя жена! Мари Лок! А я Рикардо Лок! И если она не выживет, пеняйте на себя! Придушу! – Заорал, но это не испугало никого, лишь сочувственно смотрели на меня, и оставили одного, вернувшись в операционную.

Порой ничто не может помочь: ни деньги, ни власть, ни имя. Ты бессилен перед обстоятельствами, которые решили наказать тебя за потерянное время. И это страшно. Один против ужаса потерять самого важного человека в моей жизни. Найти и отпустить, слишком жестоко. Но, видимо, мои грехи, о которых никогда не задумывался, именно сейчас придётся оплачивать. Но не жизнью моей Мари. Не нашим счастьем и любовью. Молиться здесь бесполезно, потому что уже всё предрешено. И ты находишься в каком-то другом мире, не слыша ничего, объясняя ситуацию на автомате. Не позволяя никому дотронуться до тебя, посочувствовать раньше времени горю. Нет. Ты просто развернулся и ушёл в детское отделение, чтобы через стекло посмотреть на двух дочерей, которых она тебе подарила. Прислонившись к стеклу, тихо плакать, мысленно представляя, как бы сложилась жизнь, если бы всё было правильно.