По просьбе аббата Глестеннинг-Тора Ковианна Ним привезла нам требования Куты из Сассекса и его прихвостня Креоды из Уэссекса. Они давят, Анцелотис, давят изо всех сил. Они еще не овладели Глестеннингом, а взгляды их уже обращены на север, к Рейгеду, а уж если падет и Рейгед, друг мой, на всем севере не найдется королевства, способного устоять перед их натиском.

Анцелотис устало потер виски руками, чертыхаясь про себя с каждой новой вестью.

— Что, короли Думнонии и Глестеннинга уже просили тебя о помощи?

— Просили. На севере собирается совет королей — как именно поддержать наших южных соседей.

Поезжай со мной в Кэрлойл, Анцелотис. Моргана тоже едет с нами, чтобы говорить за Гэлуиддел и Айнис-Меноу.

— А Ганхумара будет говорить за Кэр-Гвендолью?

В глазах Арториуса вспыхнуло раздражение.

— Будет. Эх, жаль, Господь не даровал ее отцу хоть пары лишних лет жизни.

— И ты еще удивляешься, почему я так и не женился?

— Больше не удивляюсь, — сухо отозвался Арториус. — Окажи себе услугу, старина, и женись на какой-нибудь пастушьей дочери — у наследных королев слишком много гонора и чванства, чтоб сделать мужчину счастливым.

Стирлинг выдержал пристальный взгляд Арториуса.

— Больно слышать такое от тебя. Хорошо, Арториус. Я поеду в Кэрлойл и выступлю на совете от имени Гододдина. Да, и скажи: послал ли король Эйлле из Сассекса на совет своего сына в одиночку? И еще, едет ли Кута в обществе, столь приятном и почтенном, как этот вздорный торгаш, которого он зовет своим отцом? Вчера у тебя не было возможности посвятить нас в подробности — со всеми нашими драками и смертью Лота…

— Нет, Кута из Сассекса едет не один.

Да поможет Господь нам всем, он захватил с собой Креоду. Того самого принца Креоду, что требует себе места в совете Рейгеда, а тебе очень хорошо известно, чем это пахнет.

Анцелотис выругался с присущей бриттам изобретательностью.

Арториус буркнул что-то в знак согласия.

— Король Эйлле сидит на троне, который сам себе назначил, и смеется над идиотами вроде Креоды и другим подобным лизоблюдам. И Креода, и его папаша рядятся саксами в надежде удержать земли, которые им полагалось бы защищать силой.

«Gewisse», предатели — так их зовут их же собственные союзники, и зовут неспроста. Он ведет себя все более нагло — вот почему я должен безотлагательно переговорить с северными королями. Будь прокляты Креода и этот его идиот-отец Седрик, продавшие своим покровителям-саксам права, принадлежавшие им по наследству как королям-бриттам. Теперь те смогут заседать в наших советах. «Они всего только хотят говорить» — такое послание привезла нам Ковианна Ним.

Арториус с досадой ударил кулаком по ладони.