Хоть Гарольд и сказал, что его родители будут рады даже полностью оплатить торжество, но разве это честно? К тому же, как себя будет чувствовать моя мама, зная, что нам фактически приходится просить у кого-то деньги?

Еще и Беатрис… Гарольд был абсолютно прав – моя подруга просто обязана узнать обо всем до первого занятия с Кайзером, чтобы не случилось непоправимое. Преисполненная решимости раскрыть подруге всю правду, я вернулась в комнату, но она уже спала, и разговор пришлось отложить до утра. Утром же мы не услышали будильник и сильно рисковали опоздать на завтрак, так что признаться у меня вновь не вышло.

В столовой мы подошли к раздаточным столикам и даже не сразу заметили, как рядом появились наши старые знакомые – Натан и Эрик. Рыжие братья скептическим взглядом осмотрели значки боевого факультета, прикрепленные к нашей с Беатрис форме, а затем переглянулись. На их лицах появилась очень недобрая ухмылка, которая не предвещала совсем ничего хорошего."

"– Поверить не могу, – заговорил Эрик нарочито громко, явно желая, чтобы его слова услышали все присутствующие студенты. – На боевую магию, вроде, никогда раньше из жалости никого не брали?

– Нет, не из жалости, – поспорил с ним брат. – Девочки красивые, а Кайзер все-таки мужчина. Скажите, уже успели отработать или дополнительные занятия только предстоят?

Судя по сжавшимся кулакам Беатрис, ей очень захотелось надеть на голову нашим рыжим «друзьям» что-нибудь из блюд, стоявших перед нами. Конечно же, желание подруги я разделяла, но эти хамы точно не стоили того, чтобы вылететь из Академии.

– Это вы сейчас так обвинили декана факультета в получении взятки? – с наигранным удивлением поинтересовалась у ребят.

Братья замялись, и я уж было понадеялась, что на этом наш разговор закончится, но…

– А чему ты удивляешься? – произнесла моя подруга так, чтобы и ее услышали все присутствующие. – В Академию этих бездарностей взяли только из-за денег, иначе они бы тут могли разве что дворы грязные подметать.

– Беатрис… – попыталась я остановить подругу и взяла ее за руку.

– Что «Беатрис»? – отмахнулась она от меня. – Я ведь права? У вас, ребята, только по одной стихии?

– Может и по одной, – злобно прошипел Эрик. – Зато мы не нищие и можем себе позволить учиться, а вы… Вы – побирушки, которым Король по доброте душевной стипендию выдал!

Казалось, в столовой каждый учащийся забыл о завтраке и теперь следил за нами. Хотя… Нет, не казалось, именно так и было. Если до этого студенты переговаривались между собой и гремели посудой, то теперь все, как по команде, отложили вилки и замолчали.

– Да, мы нищие, – согласилась моя соседка. – Только взяли нас не из жалости, а потому, что мы одни из самых перспективных студентов.