- Как жестокий якудза, привыкший иметь дело убийцами-головорезами, вот как!

- И что? Тебе это не понравилось?

- Не понравилось, - подтвердил Юки. – Я не ожидал от тебя такого…

- Но ведь с тобой я не веду себя так, - проговорил Акутагава отчетливо. – И нет причин обвинять меня в дурном к твоей персоне отношении. Я ласков с тобой, внимателен, заботлив. Что тебя в этом не устраивает, Юки?

- Мы говорим не обо мне! – покраснел юноша, он не ожидал от Акутагавы такого упрёка.

- О тебе тоже, раз ты задал вопрос! Ответь мне: тебе не нравится, как я отношусь к тебе? Что, молчишь?… – Акутагава высокомерно усмехнулся.

– Хорошо, не отвечай. Ответ я знаю и сам – тебе нравится и еще как! И, поверь мне, Юки, я готов относиться к тебе так всегда. Обещаю, ты никогда не увидишь плохого обращения с моей стороны. А всё остальное не имеет значения – запомни это.

- Нет, имеет! – возразил юноша. – Это, черт возьми, ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЕ!

- Да почему же?

- Потому что я люблю тебя! – почти закричал Юки."

"Он был в отчаянии. Акутагава как будто не понимал, что Юки пытался сказать ему! Акутагава подчеркивал, что к Юки он относится иначе – но разве это могло утешить? Как двуличие может кого-либо утешить?!…

- Акутагава, - задыхаясь, продолжил юноша, - ты только что сказал, что ко мне относишься иначе.

Значит, с другими ты можешь вести себя так же, как сегодня с Ивом? Так же жестоко? Или это была игра?.. Скажи, Акутагава, ты играл с Ивом? А если не играл – то вот что я скажу: ты не должен становиться таким! Не должен! Я не хочу, чтобы ты был таким, каким я тебя сегодня увидел!

Акутагава не издал в ответ ни звука, не сводя с него глаз-омутов.

- Ты вовсе не злой на самом деле, я уверен.

И ты очень умный. Акутагава, ты можешь быть очень и очень хорошим человеком, я знаю это! И когда я думаю о том, кто твой отец и чем он занимается – мне становится страшно за тебя. Ты, конечно, не виноват в том, что с младенчества оказался втянутым во всю эту грязь - мы ведь родителей не выбираем, но своё будущее мы способны определять сами! Акутагава, ты не должен быть таким как твой отец!

Акутагава по-прежнему молчал, его лицо не выражало никаких эмоций. И Юки, психанув, воскликнул:

- Ты меня вообще слушаешь?!

- Я всегда тебя слушаю, Юки, - сказал Акутагава.

Это были его первые слова после того, как Юки крикнул ему: «Потому что я люблю тебя!» Он поднялся со стула, обошел рабочий стол и приблизился к Юки: - Чего ты ждешь от меня? Слёз раскаяния? Не дождёшься. Правды обо мне? А что если я, хотя бы попытавшись её сказать, в любом случае солгу тебе?

- Почему солжешь? – проговорил юноша вопросительно. – Почему?

- Потому что не хочу, чтобы ты меня презирал. Потому что ты никогда бы не принял меня таким, какой я есть на самом деле.