Ливень сплошной стеной продолжал хлестать по земле, порывистый ветер трепал кроны деревьев, а по небу неслись рваные клочья грязно-серых облаков. На улицах столицы люди прикрывались зонтиками, которые выворачивались от ветра наизнанку, и дождевиками – стремясь как можно быстрее вырваться из объятий разбушевавшейся непогоды и укрыться в помещении. Дорожные постовые, видя правительственные номера на автомобиле, расчищали перед ним дорогу, поэтому на вилле Акутагава оказался раньше Юки.

- Обед будет через десять минут, - сообщила китаянка Фынцзу, выйдя в холл встречать Акутагаву.

- Накройте на двоих, - сказал тот. – Юки скоро вернется, его рейс отменили из-за непогоды. Мы пообедаем, когда он приедет.

С улыбкой Фынцзу кивнула и вновь ушла на кухню.

- Я буду в кабинете, - сообщил Тэкесиме Акутагава. – Пусть Юки сразу пройдет ко мне.

В кабинете жалюзи были подняты, однако из-за погоды здесь было сумрачно. Акутагава нажал на пульт управления – жалюзи закрылись и загорелся верхний свет. Бросив папку с деловыми бумагами на крышку рабочего стола, он снял пиджак, повесил на спинку кожаного кресла, потом сел за стол. Подал сигнал телефон."

"- Я слушаю, - ответил Акутагава. – Здравствуй, отец. Да, я в Угаки. Да, я просмотрел бумаги… - он открыл папку, перелистал документы, нашел необходимый и пододвинул к себе. – Меня не устраивают условия, касательно судостроительных верфей на Окинаве. «Ниппон Тадасу» не будет финансировать проект, пока корпорация не пересмотрит свой бизнес-план… Знаю, отец, знаю, что мы являемся заинтересованной стороной, но соглашаться на такой договор значит позволять им диктовать свои условия и чувствовать себя хозяева положения. Этого нельзя допустить… Успокойся, отец, я знаю, что делаю; они тоже являются заинтересованной стороной и поэтому пойдут на переговоры. Мы поторгуемся немного, а потом сойдёмся на золотой середине… Я рад, что ты меня понял… И на счет таможенной реформы у меня тоже есть замечания. Я просмотрел новые бланки деклараций и нашел в них несколько существенных недостатков по отношению к прежним бланкам…

Акутагава поднял глаза, чтобы вновь потянуться к папке с документами, но остановился. Напротив, у стены, на кожаном диванчике расположился Ив. Он, облаченный в потертые джинсы и черную безрукавку, сидел, откинувшись на спинку дивана, заложив одну руку себе за голову и вытянув вперед свои длинные ноги, его заметно укоротившиеся черные волосы падали ему прядями на лоб и глаза. Он вошел бесшумно, так – что даже внимательный Акутагава не заметил этого.

- Я перезвоню тебе, отец, - он отложил телефон в сторону, не сводя взора с зеленоглазого молодого человека.