Это был дурной знак для Вакацуки – значит, тому совестно перед своим пациентом за происходящие события! А из этого следует, доктору уже нельзя доверять – Акутагава чуть надавит на его совесть и тот пойдет у него на поводу!… Избавиться бы прямо сейчас от этого докторишки, но нельзя – другого специалиста просто не было под рукой. Выходит, придется приставить к нему двух солдат и тщательно следить за тем, что он делает…

Дверь в палату, охраняемая дюжиной бойцов, тяжело и пружинисто подалась напору Вакацуки, когда тот вошел к Акутагаве. Тот полулежал на кровати, опершись на высокую гору подушек.

Правой рукой он прижимал к исхудавшему и всё еще имеющему восковой оттенок лицу кислородную маску. Увидев генерала Вакацуки, он убрал маску в сторону и спокойным – каким-то даже официальным, словно они находились где-нибудь в министерстве или на парламентских дебатах – тоном поздоровался:

- Доброе утро, генерал Вакацуки. Рад, что вы решили лично навестить меня.

Мужчина поневоле растерялся от такого приема. Он не ожидал такого спокойствия и невозмутимости от своего пленника.

Да, в отсутствии самообладания Акутагаву не обвинишь!

- Вижу, что вы не только пришли в себя, но и успели сориентироваться в обстановке, - постарался в тон ему ответить Вакацуки, хотя на душе у него начали тихонько скрестись кошки. Он всю свою жизнь отдал армии, много работал, чтобы сделать политическую карьеру, но именно Коеси Мэриэмон назначил его министром обороны. А Вакацуки в отместку похитил его сына, который сейчас смотрит на него прямым и немигающим взглядом своих бледно-карих глаз. И этот взор мог вывести из равновесия кого угодно – он словно рентген просвечивал человека насквозь! Генерал, не выдержав, отвел глаза в сторону и добавил: - Сразу предупреждаю вас, господин Акутагава, что никто не знает, где вас прячут, здесь всюду охрана и вам не сбежать отсюда.

Акутагава снова приложил к дыхательным путям маску, сделал несколько вдохов, затем отнял её и насмешливо заговорил:

- Открою страшную тайну: с дырой в лёгких не так просто бегать, генерал. Но за предупреждение спасибо.

«Я чувствую себя робеющим перед школьным учителем мальчишкой, - подумал Вакацуки с досадой.

– Кто здесь ранен – я или он? Кто здесь главный – я или он? И ведь находятся у него силы на сарказм!»

- Что вы планируете делать? – поинтересовался Акутагава. – Доктор сказал мне, что сегодня уже пятница, выходит, идет четвертый день с того момента как вы меня похитили.

- Что еще вам успел сказать доктор? – нахмурившись, вопросом на вопрос ответил мужчина.

- Сказал, что четвертый день не может посмотреть своего любимого сериала из-за срывов в телевещании.