И неужели готов отдать другим, чтобы они сделали всю грязную работенку за него?

У меня кожа покрывается мурашками и кровь стынет в жилах от того, какая вокруг царит атмосфера и какие взгляды кидают на меня эти страшные мужчины.

– Уверен? – смотрит поверх меня на Козырева тот самый лысый.

– Считай это подгоном в честь праздника, – все еще слышу за спиной голос Монстра.

– Что за праздник? – спрашивает кто-то.

– День расплаты, – спокойно отвечает Демид.

– А вертухаи что? – все еще сомневается, так же как и я, что все это взаправду, лысый.

– Надоест – можете и с ними поделиться.

Тогда качок переводит горящий взгляд на меня. Я чувствую, как остальные заключенные тоже впиваются в меня похотливыми взорами.

– И откуда же такая сочная бикса? – слышу приближающийся голос, и все волосы на теле встают дыбом, как у кошки.

Вижу, как ко мне направляется высокий бородатый брюнет и со скамейки поднимается тот самый лысый здоровяк.

Я вскакиваю на ноги, собираясь дать отпор и биться до последнего.

– Не бойся нас, киса, – на губах того, что ближе всего ко мне, мерзкая ухмылка. – Что такая дикая?

Я пячусь назад, понимая, что все по-настоящему и сейчас со мной произойдет то, что я не могла представить даже в самом страшном кошмаре.

– Куда-то собралась? – вздрагиваю, услышав над ухом.

Оборачиваюсь и вижу позади себя мужчину с уродливым шрамом, рассекающим бровь и кожу под глазом и уходящим вниз через всю щеку.

– Сейчас мы тебя приголубим, – он делает шаг в мою сторону, но я отшатываюсь и попадаю в ловушку рук.

Оборачиваюсь, встречаясь с пылающим взглядом того самого бородатого, что быстрее всех проявил ко мне интерес. Вырываюсь из его рук, но попадаю в западню еще одного незнакомца.

– Что же ты как неродная? – говорит он.

– Когда приходишь в гости, нужно вести себя по правилам хозяев.

Я уже не понимаю, кому принадлежит этот голос и что он от меня хочет.

– Расслабься, солнце.

– Будь ласковая.

– Тебе с нами понравится.

Вокруг меня образуется плотное кольцо тел. Они кидают меня из стороны в сторону. Лапают.

Внутри меня все обмирает от ужаса, и я не в силах издать ни звука. Липкие, холодные щупальца кошмара захватывают в плен все мои внутренности, сжимая их. Мне кажется, там все покрылось коркой льда. Органы чувств работают на максимальной мощности. Я понимаю, что должна как-то сопротивляться, что-то делать, но не могу.

Кажется, что я наблюдаю за всем со стороны. И это не мое тело терзают чужие руки. Не мою плоть сминают, оставляя синяки. А я надеюсь на спасение и понимаю, что его не будет. Меня изнасилует толпа заключенных, и я ничего с этим не смогу сделать. И даже если после этого я выживу, то вряд ли сумею жить с подобными воспоминаниями.