Посмотрим, что вы будете делать, когда поймете, что у меня началось переохлаждение.

На самом деле я был хорошо экипирован и мог бы пролежать в снегу хоть месяц без малейшего риска для здоровья. Так что я просто симулировал. Было страшно, что мне не поверят или мой обман будет разоблачен. Я решил отомстить товарищам с помощью этого вранья, раз уж я физически не мог успевать за ними.

Я знаю, что, когда я рос, правда никого особенно не интересовала. Когда мои родители были мертвецки пьяны, то, что я говорил, не имело уже никакого значения. Когда мать уходила в запой, она находилась в своем изолированном мире и с ней невозможно было поддерживать диалог. Я ине пытался вступать в него. Меня даже не ругали за плохие оценки. Меня вообще как будто не существовало."

"То же самое было и с отцом, он также был изолирован. Поэтому не существовало понятия правды и лжи. Говорить и делать можно было все что угодно. Я мог бы станцевать голым с розой в зубах — родители просто этого не заметили бы.

Стив, 36-летний консультант по зависимостям, чьи родители были алкоголиками:

Что делать, если очень хочется выжить? Когда я был ребенком, я научился виртуозно врать. Я тщательно все продумывал. прежде чем что-то сказать. Все началось с того, что каждый раз, когда отец о чем-то спрашивал меня, мне приходилось выслушивать критику, если я давал ему прямой ответ. Я перестал отвечать честно и вскоре понял, что это очень хорошо работает. Если отец критиковал мой уклончивый ответ, я мог отбросить такую критику как бесполезную, потому что то, на что она была направлена, все равно являлось выдумкой. Мы прожили так несколько лет. Сейчас в 98% случаев я говорю правду и поэтому имею репутацию очень честного человека, но я всегда держу в запасе остальные два процента. В какой-то момент мне пришлось начать отучать себя от вранья, так как я уже и сам не помнил, что кому говорил.

Однако здесь необходимо разграничить разные виды лжи. Для меня искажать факты и врать о чувствах — это разные вещи. Когда дело касается чувств, мне очень сложно быть честным как с другими, так и с самим собой.

В детстве мне приходилось приукрашивать факты, чтобы привлечь к себе внимание матери. Кроме того, надо было постоянно врать обоим родителям, чтобы заручиться их одобрением. Когда родители напивались, врать или скрывать ложь становилось гораздо проще: им не хотелось разбираться с проблемами. Когда я выдумывал разные истории, мне казалось, что родители сознательно предпочитают это вранье правде. Они не хотели знать, что со мной происходит, пока я не причинял им сильного беспокойства.

Таким образом, я очень скоро пришел к выводу, что говорить правду — это худшее, что я могу сделать.