Однако книгу я писал для матери, потому решил, что имя, которое дала мне она, должен услышать весь мир, а имя отца использовал в жизни, где я остался один и где никто меня не знал.

– Оба имени очень красивые, – тихо заметила Натали. – Должно быть, твою мать тронул этот поступок.

– Мне хочется так думать. Но на тот момент мама уже мало что понимала. Она… она умерла. Умерла прежде, чем роман напечатали, прежде чем он стал бестселлером и получил награды, прежде чем я заработал столько денег, что мог бы отвезти ее в любую точку мира, или обеспечить лучшую медицинскую помощь, или купил бы все, чего она только пожелала, или…

Джулиан вытер глаза и глубоко вдохнул в попытке успокоиться.

Он слышал, как всхлипывает Натали, но сейчас не мог смотреть на нее.

– Вот, собственно, и все. Не самая приятная история, но я рад, что ты ее услышала. Я рад, что рассказал тебе о матери, так она будет жить не только в моем разуме и сердце.

– Теперь она живет и в моем сердце, – тихо подтвердила Натали.

У Джулиана все сжалось в груди, и он обратил взгляд на город за окном. Яркая россыпь огней плыла перед глазами.

Он почувствовал, как Натали скользнула к нему на колени, обвила руками шею и крепко обняла.

Он спрятал лицо в ее волосах, пахнущих корицей, цветочным шампунем и его собственными простынями, на которых они лежали вместе. Девушка отстранилась, чтобы подарить ему мягкий и сладкий поцелуй.

– Спасибо, – прохрипел он. – Мне это было нужно.

– Это еще не все, – произнесла Натали игривым тоном, чтобы отвлечь его от грустных воспоминаний. Она встала на ноги и потянула Джулиана за руку. – Пойдем. Уже поздно, а у нас есть незаконченные дела.

– Правда?

– Правда.

Глава 18

Натали откинулась на подушки, ее большие пальцы порхали по клавиатуре старого телефона-раскладушки.

– Что ты делаешь? – поинтересовался Джулиан, натягивая джинсы. – Ты же не продаешь мою историю? Так быстро? Еще нет и восьми утра.

– Конечно, продаю. Изначально так и планировала.

– Черт. Чувствую себя грязным и использованным. Причем не в хорошем смысле слова.

– Я пишу Либерти, что ты все-таки не серийный убийца.

– Серийный убийца? А был такой вариант?

– У нас закрадывались такие подозрения, – хихикнула Натали.

«Его секрет – не ребенок, – написала она.

 – Кое-что получше. Намного лучше, чем я могла себе представить».

Натали нажала «отправить», закрыла телефон и положила на столик. Буквально в следующий миг раздался сигнал входящего сообщения, и она снова захихикала, почувствовав легкий укол совести из-за того, что не ответит.

– Я не призналась ей, кто ты, хотя очень хочется.

– Я уже не так из-за этого переживаю, как мог бы раньше.

Натали села, прижав колени к груди.

– Значит ли это, что ты откроешь миру свое имя?"

"– Пока не решил.