При падении больно ударилась затылком, что даже на какую-то долю секунды сознание потеряла, а очухавшись начала задыхаться и не только от дыма, на грудь давило всей массой тело мужчины.

— Олег, вставай, — кое-как выкарабкалась из-под него, потрясла за плечи, но мужчина обмяк и признаков жизни не подавал. — Ты чего, Горский. Не смей. Не смей, меня здесь бросать, слышишь. Давай приходи в себя, — вопила в отчаянье я и хлестала его по щекам.

Толку ноль. Та доска, что мне предназначалась, досталась Олегу. Вернее, он сам добровольно отвёл меня от удара, пожертвовав собой.

Ползая на коленях, пыталась понять, бьётся ли у Горского сердце, какой там, такой треск и вибрация стоит от огня, что вообще ничего не слышно и не чувствуется.

И есть ли дыхание тоже не поняла.

Прямо по курсу уже виднелся просвет, казалось, до выхода всего несколько метров, но и в этот раз у меня не возникло сомнений, как правильно поступить. Если брошу Горского здесь на верную гибель и спасусь, всё равно это будет уже не жизнь. Я просто превращусь в недочеловека с мёртвой душой.

Приподняв ноги мужчины, крепко ухватилась за его лодыжки и волоку его как лошадь телегу.

Помимо того, что невыносимо жарко и практически нет кислорода, Олег весит целую тонну. Перед новым шагом собираюсь с силами и каждый раз мне всё сложней и сложней, в некоторые моменты, кажется, что вот-вот рухну на колени и уже не поднимусь.

— Я могу, могу…, — задыхаясь, одними губами уговариваю себя. — Могу…

Сделав очередной, стоящий титанических усилий шаг, я зацепилась носом кроссовка за что-то и, выпустив ноги Горского из рук, всё-таки упала.

— Да, как же так, — отдирая щёку от пола, — откровенно заплакала я, но тут поняла, стало чуть прохладней и дышать легче.

То был порок двери конюшни. — Олег, мы выбрались. Слышишь, выбрались, — я громко ликовала, правда, только в душе, в действительности едва бормотала.

Не вставая, а лишь перевернувшись и присев, схватила Олега за ногу и на себя потянула. Бесполезно, пока не поднимусь, мне его и на сантиметр не передвинуть.

— Вон туда скорее, там люди, — услышала я паникующий голос Маши.

— Внутри? — а это уже задал вопрос незнакомый мужчина.

Пожарные, решила я, и хоть слюны вообще не было, сглотнула, чтобы мой голос чуть-чуть громче звучал.

— Помогите.

Чьи-то руки подхватили меня под подмышки, но я запротестовала:

— Сама могу. Здесь со мной ещё мужчина. Ему помогите.

— Иваныч, тут двое…

Час спустя, сидя на траве, наблюдала, как обугленная конюшня парит. Сгорела, да и чёрт с ней, главное – Олег пришёл в себя, работники не пострадали, Демон и другие лошади в безопасности."

"Пожарные топчутся по пепелищу, что-то разглядывая и изучая. Ребята, без сомнений, настоящие профессионалы, если бы не они, огонь перекинулся бы на сено, и тогда точно весь клуб сгорел.