Я ее, бабу Тоню, помню плохо, она умерла, когда мне было всего восемь. Но весь дом у нее был увешан всяческими вышивками. Различные мальчики с собаками, розы и прочие красоты, вышитые крестом. Так вот, точно такую огромную иголку бабуля почему-то называла «цыганской». Может, я из них потом крючок сделаю и поймаю рыбину? Но даже сейчас идея показалась мне весьма идиотской. Я прекрасно знала, как выглядит крючок. С иглы легко соскочит любая рыбина — зазубрины-то нет. Ну, а о том, что нет лески или даже просто нитки, можно и не говорить.

Пластиковая бутылочка из-под воды — я просто не успела ее выкинуть. Ну, хоть что-то полезное. И, разумеется, документы. Паспорт, пенсионное и постановление суда о разводе.

В кармашке сумки завалялась пара старых карамелек-стекляшек. Я, прямо-таки с трепетом, развернула одну из них, апельсиновую, кисло-сладкую, яркую и совершенно земную… Даже слёзы навернулись на глаза. Я понимала, что совершенно не представляю, как выбраться отсюда. Что есть и где ночевать? Не жить, а хотя бы ночевать первые два-три дня?

Теоретически, наверное, я была бы способна построить хижину. Возможно даже с очагом. Но не голыми же руками ломать деревья! Я читала много разных попаданских сказок, но ни одна из них не рассказывала, что делать, если вляпаться как я. Героини попадали в прекрасные и удобные миры, где их ждали принцы, драконы, обязательно — царских кровей, на худой конец — ректоры магических академий, редкостной красоты и порядочности… Мне-то что делать? Я уже откровенно ревела и не собиралась останавливаться…

Нарыдавшись до икоты и полного упадка сил я пошла умываться. Заодно набрала в бутылочку воды.

Свитер уже просох. Я отстегнула от сумки один ремень, скатала полушубок в тугой рулон, закрепила булавкой, которую всегда носила на подкладке, надела свитер, потому что кожа как-то подозрительно покраснела. Надеюсь, я хоть не сгорела — крема от загара здесь нет.

Норку свою я обмотала в два слоя, туго-туго, ремешком от сумки и, за карабин, закрепила на самой сумке. Перекинула второй ремень через грудь, прямо как почтальон Печкин в известном мультике, чуть сдвинула груз на бедре и пошла дальше. Выбора у меня все равно пока не было.

Выбор появился вечером.

Вымотанная, как собака, я тупо переставляла ноги и шла, даже не глядя на окрестности. Если бы не берег, с которого я не сходила, я бы могла подумать, что брожу по кругу. Такие же пучки травы, такие же камни, совершенно такое же море… Даже лес начинался так же точно, в тридцати-сорока метрах от берега. И точно так же я не могла опознать ни одного дерева. Я присела отдохнуть у крупного валуна, который отличался от наваленных вокруг камней размерами и, немного, цветом.