Согласно моим сведениям банковские тратты выписывались на Кэлла, но в итоге деньги попадали к человеку по имени Престон Лумис. Именно он убедил покойного герцога вкладывать деньги в эти проекты. А еще он тот человек, который все это придумал. Вы о нем когда-нибудь слышали?

Сам того не заметив, Ройал сжал кулаки:

— Это друг моего отца. Мой брат Рул упоминал о нем в письме, которое отправил мне несколько лет назад, когда я жил на Барбадосе. Он говорил, что они стали близкими друзьями.

— Если я не ошибаюсь, это произошло вскоре после того, как у вашего отца случился первый удар.

— Да, примерно в это время. Никто из нас не знал, насколько серьезен приступ. Мы это поняли только тогда, когда приехали домой перед самой смертью отца. Мы надеялись, что отец поправится. Помню, что когда я читал это письмо, то радовался, что у отца есть друг, с которым он может общаться, пока выздоравливает.

— А ваш отец сам никогда не упоминал об этом человеке?

— После удара он плохо владел правой рукой, так что за него писал его камердинер. Ни в одном письме имени Лумиса не было. — Ройал вздохнул.

 — Он был очень проницательным человеком. Если бы не его болезнь, он никогда не стал бы жертвой шарлатана. — Он снова посмотрел на бумаги: — А как вам удалось выяснить, что за мошенничеством стоял именно Престон Лумис?

По губам Моргана скользнула тень улыбки.

— У меня есть источники. На удивление много можно узнать, если подмазать нужных людей.

— Где сейчас этот Лумис?

— В Лондоне, живет по-королевски. Если бы вы просто приняли финансовые потери, не вдаваясь в подробности и списав, их на ошибки вашего отца, все это никогда не обнаружилось бы.

В Лондоне Лумиса считают знающим финансовым консультантом, хотя он говорит, что практически прекратил дела и очень придирчиво выбирает клиентуру. Нет сомнений, что он не впервые злоупотребил доверием нездорового человека — и не в последний тоже.

Ройал запустил пальцы в волосы, с трудом сдерживая ярость.

— Я не вижу иного выхода, как обратиться к властям.

— С чем вы к ним обратитесь? Мы можем доказать факт мошенничества, поскольку ни одной из этих компаний не существует, но все улики укажут на Ричарда Кэлла.

Кэлл исчез, как будто его никогда и не существовало. Возможно, его даже нет в стране, а если он здесь и остался, то наверняка сменил имя.

— А как насчет тех людей, которые рассказали вам про Лумиса?

— Жулики и мошенники. Их показания ничего не будут значить против такого почтенного человека, как Лумис. Даже если вы обратитесь к властям, вам не удастся вернуть хоть один фартинг. Лумис позаботится о том, чтобы припрятать их до той поры, пока с него не снимут все обвинения — а их, несомненно, снимут.