«И этот шпарит, как на родном! Этот-то точно имперец!»

— Максим Нуммус, — ответил Энтони, склонив голову. — Пусть победа достанется достойному.

А чего, видно же, человек воспитанный. Почему бы двум вежливым людям не вести себя подобающе?

— Простите, но вынужден сообщить, — заметил Балаз. — Что это буду я.

— Не примите за грубость, — с иронией откликнулся Энтони. — Но я буду возражать. Вы не против?

— Против, — усмехнулся Балаз. — Было бы гораздо приятнее, если бы вы сами сдались.

— К сожалению, обстоятельства таковы, — учтиво ответил Кольер. — Что мне нужно хотя бы показать, что я сопротивлялся.

— Было приятно пообщаться, доминус Нуммус.

— И мне, доминус Картей.

Они, вновь отвесив поклоны, разошлись на исходные позиции. Оратор при этом не преминул воспользоваться ситуацией и с минуту растекался похвалой в адрес… правящей династии. Мол, посмотрите, насколько империя могуча, какие вежливые, выдержанные аристократы в ней живут.

«А сегодня Щит уже сразу стоит, — отметил себе Энтони, глянув вверх. — Кстати, не забывай считать».

«Я скорее себя забуду, — фыркнул Младший. — Ради таких денег я буду до возвращения в Ариану считать».

По арене прокатился громкий звон.

— Бой начинается!!!

Картей тут же, не доставая меча, развёл руками в стороны, а потом будто отпихнул что-то невидимое от себя. Вокруг Энтони появились красные сполохи, похожие на перья.

«Интересный фокус» — Энтони отпрыгнул назад.

«Ала Игнис, — заметил Младший. — Огненные Крылья»

Кольер, уже со свинцовым шариком в ладони, вскинул правую руку со сжатым кулаком, вокруг руки появились полупрозрачные белые круги. Они съехали с конечности, выстраиваясь трубой. Энтони разжал ладонь, запуская шарик…

… Как удачно, что противником Шустрого, точнее, Максима Нуммуса, выпало быть именно Балазу Картею.

С которым Мирабэль училась в медиокрисе (медиокрис — в Империи это магическое учебное заведение среднего уровня, между эдукатой и суммусом).

С Картеем принцесса не единожды сталкивалась в боях. Учебных, но всё же. Теперь Мирабэль поточнее поймёт уровень Нуммуса относительно себя.

— Пока твой любимец не впечатляет, сестра, — произнёс Гордиан Катон.

Принц-тертий (Третий принц — прим.автора) и родной брат Мирабэль. Среднего роста и крепкий мужчина.

Как все Катоны — светловолосый, но коротко стриженный, на армейский манер. Он сидел в парадной тёмно-красной форме со знаками различия центуриона (в Аустверге — майор — прим. автора). И это заслуженное Гордианом звание, он носит погоны с двумя квадратами на полном основании, а не по факту рождения. Правое плечо мужчины охватывали два золотых шнура — обозначение принципа. Того, кто отслужил больше пяти лет. Шесть лет на Анджаби провёл старший брат Мирабэль. И сейчас ему двадцать семь лет.