Через несколько секунд оттуда торопливо вышли два сотрудника, не глядя на Колчина, поздоровались, и только затем вышедшая девушка разрешила ему войти.

Нефедов что-то писал в своем блокноте. Не поднимая головы, он пригласил Колчина за свой стол.

— Слушаю тебя, — сказал он, по-прежнему не поднимая головы.

— Прошу разрешения выехать в Минск на похороны товарища, — как можно тверже попытался сказать Колчин. Нефедов наконец поднял глаза.

— Похорон пока не будет. Ведется следствие, — тихо сказал он."

"— Это подставка, товарищ генерал, все подстроено. Костюковский не мог убить прокурора. Я знаю его много лет, могу поручиться за это. Вернее, мог бы, — горько добавил Колчин.

— В любом случае похорон пока не будет. — Нефедов снова начал чертить что-то в своем блокноте.

— Товарищ генерал, эти убийства связаны с моим уголовным делом. Все это звенья одной цепи — ликвидация Иванченко в Минске, Бахтамова в Москве, убийство Крымова, наконец, эта трагедия в Минске. Разрешите мне допросить по делу полковника Фогельсона.

— Не разрешаю, — очень спокойно сказал Нефедов, — у вас нет никаких оснований.

Колчин опустил голову. У него действительно не было никаких аргументов, кроме эмоций. А их нельзя было рассматривать в качестве доказательств.

— Тогда мне остается взять пистолет и попытаться убить кого-нибудь, — невесело заключил он.

— Это вы всегда успеете. — Нефедов встал из-за стола, жестом пригласил Колчина за собой в комнату отдыха.

Только включив на полную мощность радио и проверив работу скэллера, исключавшего возможность работы записывающих устройств, Нефедов обратился к своему следователю.

— Ты был прав, — тихо сказал он. — Сегодня звонил Генрих Густавович из Минска. Иванченко действительно убили, дав ему лекарство, разработанное в лаборатории наших разведчиков. Мы уже договорились с моим коллегой из Минска, что они будут охранять старика. Жалко, если и Шварца попытается кто-нибудь убить, — подмигнул он.

Колчин все понял.

— Спасибо, товарищ генерал.

— Нужно выяснить, что за всем этим стоит, — продолжал Нефедов, — но очень осторожно. Понимаешь, не нравится мне эта активность Миронова и других. Может так получиться, что ничем тебе помочь не смогу.

— Я знаю, — серьезно произнес Колчин.

— И еще. Только для тебя. Кроме Фогельсона, на работу в последнее время был принят подполковник Скребнев. Никуда он не уезжал. Видимо, его убрали, как и остальных. Или спрятали. Но это не Крымов, я узнавал.

— Тогда почему убрали Крымова?

— Это уже задача для тебя. Ты и думай. Мы сделали фоторобот предполагаемого убийцы, но, думаю, его не найдем. Слишком четко и быстро все было сделано.

Нефедов кивнул, и они вышли из комнаты.