Дверь открыли сразу, словно ждали его звонка. Высокий мужчина с характерным волевым, жестким выражением лица и тяжелым подбородком пристально посмотрел на Колчина.

— Кто вам нужен? — Хозяин не отличался разговорчивостью, он даже не поздоровался.

— Подполковник Ганиковский? — спросил Колчин. — Я следователь Колчин из ФСК. Вот мое удостоверение.

Хозяин посторонился, пропуская гостя. Молча закрыл дверь, жестом приглашая войти. Колчин сам снял плащ, сам повесил его на вешалку и прошел в столовую.

Хозяин, не говоря ни слова, подошел к телевизору и выключил его. Затем вернулся к столу и сел напротив Колчина. Лишь тогда он наконец соизволил открыть рот:

— Говорите, зачем пришли?

— Вы знали полковника Бахтамова? — спросил Колчин, уже не обращая внимания на странности хозяина квартиры.

— Не помню.

— Он был вашим сотрудником в спецгруппе «Рай».

— Может быть, я не всех помню по именам.

— Он убит. — Напрасно Колчин рассчитывал хоть на какой-то эффект. Ганиковский не шелохнулся.

— У вас нет других вопросов? — спросил он.

— Есть. Вы знали полковника Иванченко?

— Не помню.

— Он тоже был сотрудником спецподразделения. И он тоже убит.

Ганиковский все-таки сделал какое-то движение, но лицо его оставалось бесстрастным. Он посмотрел Колчину в глаза.

— Вы пришли для того, чтобы сообщить мне все это?

— Чтобы вы нам помогли.

— Не хочу. И не буду. Сами разбирайтесь со своими проблемами.

— Вы понимаете, что погибли два ваших товарища, — Колчин начал сознавать, почему Фогельсон так быстро согласился дать адрес Ганиковского, — а вы мешаете нам найти их убийц.

— Никому я не мешаю, — пробормотал Ганиковский. — Оба погибших были офицерами, знали, на что шли."

"— Выбрали себе смерть? — спросил Колчин.

— Может быть. А кто дал вам мой адрес? Наши данные тогда убирали из всех компьютеров.

— Ваш бывший товарищ Марк Фогельсон. Он, кстати, вернулся на службу в ФСК.

— Марк всегда умел приспосабливаться, — равнодушно заметил Ганиковский. — Значит, устроился теперь к вам. Передайте ему привет.

— Бахтамова и Иванченко убили почти одновременно, одним и тем же способом. Кто это мог сделать? — Колчина уже возмущало равнодушие Ганиковского.

— Значит, кому-то это было нужно. Конкретнее сказать не могу. С ребятами давно не имел связи.

Колчин понял, что из этого истукана больше ничего выжать не удастся. Он поднялся, вышел в коридор, надел плащ.

— Больше вы мне ничего не хотите сказать? — спросил он на прощание.

— Где похоронен Бахтамов? — вдруг спросил Ганиковский.

Колчин посмотрел на него, сказал название кладбища и вышел из дома, плотно закрыв дверь. Спускался он медленно, словно пытаясь осмыслить несостоявшийся разговор с Ганиковским. В автомобиле один из сопровождавших протянул ему телефон.