Еще по моей просьбе сверх лимита получил я отрез тонкого полотна вместо подворотничков, да бязи на портянки"

"– Кобура я смотрю у тебя есть… – протянул фельдфебель, что-то соображая свое, – Пафосная. Но сойдет.

– Закрытая кобура у меня тоже есть, – сказал я. – Только рыжая. Как и портупея к ней.

– Что-то револьвер у тебя мне незнакомой системы.

– Трофейный. Цугульский. Наградной, – похвалился я.

– Так, значит, ты у нас выходит не блатной, а вовсе даже боевой, – удивился кладовщик, будто не видел ранее крест с мечами на моей груди. – А в штабе как оказался?

– Я Вахрумку от плена спас.

Он меня сюда за собой и потянул, – вынул я из кобуры револьвер и показал старому служаке надпись на серебряной табличке.

– Отчаянный я, смотрю, ты хлопец, – одобрительно прогудел мой собеседник, возвращая мне оружие. – Но патроны к этому револьверу достать тяжело будет. Но если будет нужно – найдем. Обращайся.

После того как все мне выданное увязали в аккуратный тючек, кладовщик выдал.

– Ты это… вечерами заходи в трактир «У бочки». На соседней улице третий переулок. Любого спроси – покажут. Там у нас фельдфебельский клуб гарнизонный.

Офицеры туда не ходят. Солдат с унтерами мы сами не пускаем. По стаканчику пропустим. Расскажешь нам, как там на фронте…

– Да я только в одном бою и побывал, – заскромничал я.

– Уже неплохо, – возразил мне старик. – У других и этого за спиной нет. Им полезно будет послушать.

– Осмелюсь спросить: что у вас за медали?

– Это… – показал он ладонью на свою грудь. – «За усердие в службе», «За четверть века беспорочной службы» и «За храбрость на поле боя». Ее я получил в твоем возрасте за дело под Аграмом. Только теперь вместо нее дают такой вот крест как у тебя.

И напоследок я получил в подарок брошюру «Правила ношения формы одежды в Ольмюцкой армии».

На свое служебное место попал только после обеда. Примерки в гарнизонной швальне тоже заняли времени неслабо, хотя, казалось бы, что там мерить? Но записка от Вахрумки оказала на портных и их начальство просто магическое действие…

Так как я еще не знал, где питаются в штабе – то обедать сходил знакомой дорожкой в казармы. Заодно все лишнее туда отнес к себе под лестницу.

И вот я весь из себя красивый такой стою на первом этаже дворца перед массивной дверью с табличкой «Чертежное бюро Отдела особых проектов.

Начальник бюро фельдфебель С. Кобчик».

– Млядь! Лаврентия Палыча на вас нет, – ругнулся я по – русски на такое раздолбайство начальства, устроившего облегчение в страданиях шпионов.

И подумал, а вдруг?.. Вполне возможно так контрразведка ловит шпионов на живца. Что также меня не обрадовало… такое приглашение на рыбалку.

Резко выдохнул и открыл дверь.

Попал в довольно просторный предбанник.