То ли рассказчица из неё хреновая, то ли она специально мне мозги пудрит.

– У меня есть Дар. Или проклятье, смотря с какой стороны посмотреть. Я с самого детства вижу призраков и ощущаю чужую смерть. Обычно…

– Ты поэтому можешь общаться с Йонель? – перебил я.

– Да, – подтвердила она. – И твою смерть я тоже почувствовала. Но не как обычно. Мало того что в тот момент я была от тебя почти в тысяче километров, так у меня ещё и чувство направления появилось. Словно невидимый компас внутри. Я тогда сразу вспомнила про пророчество и, если честно, испугалась.

– Всё равно ничего не понимаю, – признался я.

– Дело в том, что пока я до тебя добралась, ощущение смерти пропало. А я не понимала, как такое возможно. Это уже потом узнала про такую особенность архимагов. Пришлось рыть землю носом и пытаться во всём разобраться. Искать твой след. Именно поэтому мне надо было выяснить, ты это или не ты. А вдруг бы я ошиблась.

– Вот в чём тебе, Настя, не откажешь, так это в умении говорить много и ни о чем с умным видом. Хочешь, я тебе расскажу, для чего ты на самом деле организовала мне кучу неприятностей на ровном месте? Не перебивай! – приказал я, когда девушка попыталась что-то возразить. – Ты делала всё, чтобы создать впечатление, словно против меня ополчился весь мир. Зачем? Да вот ради этого, сегодняшнего разговора. Когда ты, вся в белом, придёшь и начнешь агитировать за это своё дебильное пророчество. А бедному Владу Северскому уже на всё плевать, и он согласен на любую авантюру, так как терять уже всё равно нечего. Вот только я совсем не понимаю, почему нельзя было просто поговорить? Для чего все эти сложности и гениальные планы, которые к тому же всё равно не сработали.

– Ну, вот я сейчас пришла поговорить, – хмуро сказала Настя. – Есть толк? Нет. Потому что натура у тебя, Влад, такая. С тобой нормально ни о чём договориться не получится. Тебе всё по-своему надо делать. Всегда. Хоть как-нибудь да выпендриться. И начни я разговор о пророчестве, нормальный разговор, то тебя максимум на что хватило бы, так это просто выслушать. Но никак не участвовать. Уж поверь мне. Разве не так?

– Так, конечно, – согласился я. – Но не потому что, как ты говоришь, я баран упертый и всё делаю лишь по велению правой пятки, а потому, что пророчество действительно идиотское. Неужели ты думаешь, что я захочу привести в мир Смерть?

– Влад, поверь – смерть в данном случае понятие слишком неопределенное. Иносказательное. Не думаешь же ты, что в мир явится старуха с косой? Это может быть всё что угодно. Даже Йонель частично подходит под это определение. Хотя, скорее всего, это означает конец для Истинных и Изначальных. Поверь, я этот вопрос как следует изучила и перебрала множество вариантов.