Вспоминаю наш с Аней последний день в лесу Самарской области, и хочется сдохнуть. Лучше бы я остался там, с ней…

- Аня из-за меня погибла, - хрипло выдаю я, не успев скрыть эмоции.

Замечаю, как начинает искриться моя кожа. Не хватало мне еще прямо сейчас…

Как же все-таки сложно себя контролировать! Теперь понимаю Аню, когда она не могла справиться со своими способностями. А я дрессировать ее пытался, словно чудо-зверушку в цирке! Идиот.

И вот теперь моей Ани больше нет.

Черт!

Сжимаю кулаки, стискиваю челюсть и заставляю себя успокоиться. В одном Карим прав: несмотря ни на что, нужно сохранять холодность.

И пусть теперь у меня осталась лишь одна цель жизни – месть, но она не должна ослеплять меня.

- Самобичевание – не лучший выбор, особенно сейчас, когда ты нам нужен, - вторит друг моим мыслям.

- Хочется быстрее наказать эту тварь Аверина и смыться из столицы, - ровным тоном объясняю я. – Куда-нибудь на острова. И гори оно все огнем.

- Что-то сомневаюсь, что дело ограничится, как ты выразился, одной тварью, - хмыкнул Карим. - «Генезис» - сложная система, и…

Внезапный стук в дверь заставляет нас обоих замолчать.

Существуют темы, которые мы тщательно скрываем от остальных. В их числе Джей-Джей и наши планы относительно «Генезиса» и Аверина. Мы с Каримом разучились доверять людям, пусть даже это члены бывшей группы Отчаянных.

После моего одобрения в проеме двери показывается лицо Шрама, которого здесь, в столице, отныне мы называем настоящим именем – Иван. Порой даже кажется, будто жизнь вернулась в привычное русло, но это всего лишь иллюзия.

- Коман… - Иван осекается на полуслове и кашляет, будто подавился. – Руслан! Там какая-то девчонка заявилась, мелкая такая, худая.

Зовет себя Алей. И больше ничего не поясняет! Только повторяет, как робот, что будет разговаривать только с тобой! Вообще не понимаю, как она нашла нас. Не признается, - виновато пожимает плечами.

Киваю и жестом приказываю Ивану выйти. И только потом устремляю суровый взгляд на Карима. А он округляет глаза, демонстрируя полную неосведомленность.

- Говоришь, отследить наше местоположение невозможно? Ну-ну, - недовольно рычу."

"Глава 2

Анна

- Не могу! – истошно ору в пустоту, а мой истеричный голос отражается от стен, покрытых плиткой, резонирует и эхом разносится по ванной-комнате.

– Не могу, черт возьми! Не могу!

Содрогаясь в плаче, медленно ложусь на ледяной пол, по которому разбросаны таблетки. Я выплюнула их сразу же после того, как положила в рот. Не смогла даже проглотить, словно заслон в горле образовался.

Сворачиваюсь клубком, прижимая колени к животу и обнимая их руками. Чувствую тепло внутри себя. Оно контрастирует с окружающим меня холодом и… немного успокаивает.

- Ничтожество, - шепчу сама себе.