Скорее всего для такого спортивного парня, как Мэтью, не только спрыгнуть, но и забраться на второй этаж совсем не проблема. Но есть деталь, которая может все испортить.

— Ты забыл, что здесь живет коп? Мне все равно придется спуститься, чтобы отключить сигнализацию. Я скоро!"

"Когда мы оба уже в доме и поднимаемся по лестнице на второй этаж, я вдруг вижу наверху Кейт. Она идет навстречу и спотыкается, заметив нас, а у меня при виде ее душа уходит в пятки. Если сейчас она поднимет шум, это будет чревато серьезным разговором с родителями. Но хуже всего, что это дорого обойдется моему парню, чего я ужасно не хочу.

Кейт бросает растерянный взгляд на меня, а потом на Мэтью. Я чувствую, как его дыхание овевает мою макушку, а пальцы сжимаются на талии. Но он и не думает нервничать.

— Идем, Эш. Она не скажет. Ведь не расскажешь, Хардинг? — холодно кидает девушке. — Иначе Эшли уедет отсюда, а ты ведь этого не хочешь.

— Вы оба с-сумасшедшие!

— Даже если и так, тебя это не касается. Спокойно ночи… Кейт.

Я жду, что сводная сестра возмутится и включит стерву. Ответит парню, ведь у нее это отлично получается — портить жизнь другим.

Но она вдруг отводит взгляд и проходит мимо нас. Спускается вниз по лестнице так же тихо, как шла. Включает свет на кухне, исчезая из виду.

— Глазам не верю, — шепотом изумляюсь я, оглянувшись. — Мэтью, тебе что, известен ее секрет в шкафу?

— Возможно. — Стоя на лестнице на ступеньку ниже меня, он целует край моих губ. — Не переживай на ее счет, Эшли, — прикусывает их, поддерживая мою спину. — Даже если расскажет, я успею исчезнуть из твоей спальни, обещаю!

Я верю ему, но отпускать его мне совсем не хочется, и улыбка вновь возвращается на лицо.

— И ты еще называл сумасшедшей… меня?

Мы заходим в мою комнату, и я запираю дверь. Бросаюсь к открытому окну, чтобы закрыть его и задернуть жалюзи, пока Мэтью снимает с себя рюкзак и куртку. Но едва делаю это, как его руки уже обхватывают меня и притягивают спиной к крепкой груди. А горячие губы касаются уха.

Мы вновь вдвоем и наедине, укрытые от мира ночью. Последние дни мы так мало могли себе позволить из того, что уже вкусили однажды, что желание буквально искрами тока проходит сквозь нас, стоит соприкоснуться телами и ощутить тепло друг друга.

Он тоже действует на меня, как афродозиак, здесь нет сомнений. Несмотря на то, что я замираю в его объятии, все во мне мгновенно откликается и оживает. Реагируя на его негромкий голос и присутствие, дышит часто и жарко, сплетая узел из горячих вихрей внизу живота.

— Эшли… моя Эш… Я так скучал по тебе, сегодня весь вечер… а ты ушла. Когда-нибудь я не отпущу тебя. Совсем.

— Не отпускай, — повторяю я уже сказанное однажды, потому что сама не хочу его потерять.