Признал ошибку, а потом как-то незаметно снова перевел разговор на текущее сражение и непозволительное промедление Макарова, которое крадет у России победу. Здесь Татьяне тоже бы нашлось что ответить, однако она понимала. Если как начальника госпиталя ее готовы были слушать, то, вмешавшись в разговор про войну, она бы вызвала в лучшем случае улыбки. В лучшем… Потому что если переборщить, то и ее аргументы про медицину тоже могли бы оказаться под сомнением. Не на это ли и провоцирует ее Витте?

Стараясь не прожечь того взглядом, Татьяна продолжала делать вид, что она не обращает ни малейшего внимания на его слова. А потом…

— Может быть, ваше высочество, хватит Макарову отсиживаться? Дадите ему приказ, чтобы шел вперед, и пусть показывает, что умеет, раз уж он считает себя таким великим полководцем."

"И снова Татьяна вздрогнула, сразу представив, что ничем хорошим такие приказы без знания конкретной обстановки не закончатся. И снова все остальные только дружно кивнули в ответ на совершенно разумное предложение Витте. Девушка сначала не понимала, как тому удается так ловко направлять других в нужную именно ему сторону, а потом… Она слушала разговоры, слушала, кто и о чем думает, и неожиданно осознала, что все здесь собравшиеся живут не этой войной. Единственное, что их интересовало — это возвращение в Москву и Санкт-Петербург. И они ждали, что Макаров, раз уж тот сумел удержать свое место, принесет им быструю победу, с которой можно и отправиться в обратный путь.

А ее не было. И эти разрушенные надежды несли Вячеславу Григорьевичу проблем даже больше, чем все те дерзости, что он позволил себе при общении с сильными мира сего. Татьяна с трудом дождалась окончания приема, а потом, быстро распрощавшись с Борисом, поспешила поймать возницу, который отвез ее на вокзал. Девушке нужно было как можно быстрее найти поезд, который отвез бы ее к позициям 2-го Сибирского.

* * *Сижу, жду доклада от восточного дозора, никого не трогаю.

— Передают… — Чернов, которого я все-таки повысил до своего личного связиста, сидел на аппарате. — Передают, что давление у моря начинает падать. Уже второй день, ваше превосходительство!

Я поднялся на ноги. Неужели началось?

В понедельник финал и… Чтобы все успеть, последняя глава будет очень большой))

Глава 25

Когда я начинал свое медленное наступление, я точно знал, что мне никогда не дадут довести его до конца. Идея перемалывания сил врага при минимальных потерях при всех своих несомненных плюсах обладает и минусами. Первый — из-за попыток охвата флангов фронт растягивается. А второй… Здесь нет красивых побед, километров захваченных территорий, марширующих колонн пленных — в общем, всего того, о чем можно красиво писать на страницах газет и в докладах наверх.