Давненько он не ощущал в свой адрес такого открытого негатива.

– Добрый день, – тем не менее нарочито спокойно поздоровался ректор. – Вы не могли бы представиться и более спокойно рассказать о вашей проблеме. И проходите, не стойте в дверях.

Мужчина выждал секунду, но все же вошел. Но, что удивило ректора не меньше прихода мужчины, следом за ним в кабинет прошел и адепт ван Дуз.

– Меня зовут Раймонд ван Клиф. Я не потерплю, чтобы репутацию моей дочери и дальше втаптывали в грязь! Отчисляйте ее немедленно!

Что? Это отец его Тильды?

– Позвольте узнать, отчего вы решили, будто репутацию вашей дочери куда-то там втаптывают? – спокойно спросил он, хотя внутренне подобрался.

Отец Матильды после этих слов от возмущения покраснел:

– Да как вы смеете?! Вся академия только и судачит о вашем романе с моей дочерью! Если бы я вовремя узнал, что ее переводят к магам, ни за что бы этого не позволил! Я давно говорю: девушкам не место в академиях! Мало того, что она ведьма, мало того, что теперь обществу об этом известно и мое имя будут полоскать на всех углах, так она еще с вами связалась и окончательно уничтожила свою репутацию! Но главное, она еще и на мою репутацию бросила тень! – кричал мужчина, чуть не брызжа слюной. – Отчисляйте ее немедленно! Пусть выходит замуж за приличного человека! – смерил ректора уничижительным взглядом и перевел его на ван Дуза.

При этом взгляд его удивительным образом стал благожелательным и даже немного льстивым. Ректор же молчал и только ходившие ходуном желваки выдавали его состояние – он был в бешенстве. Ощутив значительно потяжелевший взгляд дракона, Раймонд ван Клиф взвился:

– И как у вас только совести хватает смотреть мне в глаза?! Не ожидал, что племянник короля может пасть так низко и опуститься до интрижки с адепткой! Где это видано?! На справедливое решение конфликта я даже не рассчитываю, поэтому давайте решим все быстро и без лишней огласки! Отчисляйте Матильду!

– А молодого человека не смущает сложившаяся ситуация? – проскрипел ректор и перевел взгляд на адепта, отчего тот словно сделался меньше.

– Дуглас все знает и великодушно готов простить Матильде увлечение молодости. – В руках дракона хрустнуло и сломалось цельнометаллическое перо. Мужчина непроизвольно сделал шаг назад, но воинственного настроя не утратил: – Будьте уже мужчиной и дайте Матильде устроить свою личную жизнь с приличным человеком!

У дракона аж челюсть свело, так сильно он стиснул зубы.