При этом Бруно на глазах начал превращаться в нечто ужасающее, с рогами и шипами по всему телу.

Жаль, я не видела его боевой формы раньше. Интересно было бы ее изучить.

Сколько всего интересного еще я не успела… Не судьба.

Я думала о чем угодно, лишь бы не замечать на посеревшем лице любимого мужчины боль и отчаяние."

"– Не нужно сожалеть… – прошептала. Говорить удавалось с трудом – не хватало воздуха. Но боль все никак не приходила. Только в голове начало мутиться.

Дракон остановился напротив и дрожащей рукой заправил мне прядь волос за ухо.

– Как же так, Тиль?.. – прошептал он. – Как же так…

– Я не специально… – улыбнулась, не в силах отвести от него взгляда.

В его ответном было намешано столько всего, что дышать становилось еще тяжелее.

Внезапно захотелось поделиться с ним сокровенным, тем, чем я не делилась ни с кем и что все это время было очень личным.

– …Знаешь, я всегда мечтала… полюбить. По-настоящему… Чтобы навсегда… Чтобы не размениваться на… пустое… Все думали, что это потому, что так было у моих родителей… а всё… – Воздуха не хватало и приходилось останавливаться, – все совсем не так… Я хотела полюбить, чтобы у меня было не так, как у них… Не так… Нелюбовь рождает ненависть, злость и… равнодушие, а я… хотела… иначе. И я… полюбила… тебя… Хоть что-то у меня… получилось… Значит, все… не так плохо…

– Тиль… – в голосе и взгляде Майкла было столько боли, что мне дико захотелось его утешить, но… как? Он нежно дотронулся до моего лица пальцами. Они дрожали, а голос подводил: – Тиль…

– Майкл… – впервые я произнесла вслух его имя и прикрыла глаза – держать их открытыми уже не было сил.

– М-м-мать-т-тильда! – внезапно закричал он и сжал мою безвольно повисшую руку. – Не оставляй меня!

Я чувствовала, что он хочет прижать меня к себе, сжать в объятиях и не отпускать, но боялся даже дотронуться, чтобы не сделать хуже.

Я снова приподняла налившиеся неимоверной тяжестью веки:

– Не могу… – Из моих ослабевших пальцев выпал небольшой мешочек, и я улыбнулась: – Я забыла… возьми.

– Что это? – он даже не отвел от меня взгляда, словно боялся упустить мое последнее дыхание.

– Желудь… он им… не достанется…

Да, я умудрилась его срезать магическим лезвием с пояса Шаболданской, пока она пялилась на гадившую дочь. Я же ведьма, я могу… Агрессия не была направлена на саму магичку, вот ее амулеты и не сработали.

Метавшийся рядом Огурчик внезапно перестал скулить и подошел ближе:

– Агхр-агхр-агхр! – сначала неверующе, а потом все настойчивее говорил он, тыча куда-то на пол. Видимо, на мешочек с желудем.

– Да забирай его, – тихо произнес дракон.