– Я узнал, что вы сегодня будете на Петровке, – быстро заговорил капитан, – и специально приехал, чтобы с вами побеседовать. Но раз вы уже закончили… Не возвращаться же. Давайте поговорим прямо здесь. Не возражаете?

Я не возражал. Я смертельно устал и перенервничал, и мне хотелось как можно быстрее вернуться домой."

"– Дело в том, что мы проводили операцию по поимке киллера, на совести которого много убитых людей. Мы знали, что он чрезвычайно осторожен и вооружен, поэтому, прежде чем приступать к захвату, некоторое времени следили за ним. К сожалению, не все получается так, как нам хочется, и при захвате он погиб.

Взять его живым не удалось. Но при нем оказался список некоторых имен, мы полагаем, что это список его заказов на ближайшее время.

Он сделал паузу, глядя на меня, будто пытаясь убедиться, что я понимаю его рассказ. Я кивнул, показывая ему, что можно продолжать, хотя и не понимал, к чему он все это мне рассказывает.

– Пока мы следили за ним, этот киллер вступал в контакт с разными людьми, в частности, с Викторией Улановой, вашей женой. Но вы должны понимать, что отличить случайный контакт от запланированной встречи очень трудно, если сама эта встреча организована именно как случайный контакт.

Вы понимаете, о чем я говорю? Например, один человек подходит к продавцу газет в подземном переходе и покупает два экземпляра «МК». Почему два экземпляра? Это пароль или он покупает две газеты, потому что его товарищ по работе попросил ему тоже купить? Ваша жена подошла к человеку, за которым мы следили, и попросила разменять пятидесятитысячную купюру. Случайный это контакт или нет, мы не знаем. Но если предположить, что ваша жена каким-то образом причастна к заказу на чье-то убийство, то спрашивать об этом у нее самой нельзя, можно спугнуть. Поэтому я бы хотел, чтобы вы взглянули на найденный нами список и сказали, нет ли там имени, которое вам знакомо.

– Давайте, – кивнул я, полностью уверенный, что ничего интересного в этом списке нет.

Но я ошибся. Только взглянув на бумажку, в которой было написано четыре имени, я сразу увидел слово «Стрелец». Именно так называли меня наши с Викой сокурсники. С одной стороны, я был нищим студентом и постоянно стрелял у ребят сигареты и трешку до стипухи.

С другой, я был Стрельцом по гороскопу, и прозвище приклеилось ко мне намертво. Вика до сих пор называла меня так. Подошла и попросила разменять пятьдесят тысяч… А в результате мое имя оказалось в списке киллера.

– Нет, – дрогнувшим голосом сказал я, – эти имена мне ничего не говорят.

– Вы совершенно уверены?

– Совершенно уверен. Я не знаю этих людей. Вероятно, встреча с моей женой была случайной.

– Да, наверное. – Капитан с забытой мною фамилией огорченно вздохнул.