Мгновение спустя футболка оказалась на полу рядом с ее свитером. Пока она возилась с застежкой его джинсов, Карлос немного отстранился и начал стаскивать с нее ее собственные. Ее взгляд скользнул по его широкой груди, плоскому животу, и она, просунув руку ему под джинсы, обнаружила, что на нем нет трусов.

Наконец он снял с нее джинсы, и она осталась в одних шелковых трусиках. Карлос на несколько секунд оперся ладонью о стойку, словно пытаясь обрести равновесие. Его кадык дергался вверх-вниз, глаза лихорадочно горели.

Запустив два пальца в чашу с ягодами, он провел ими по ее ключице, после чего слизал языком сок.

Его теплое дыхание и прохладный воздух создавали великолепный контраст для ее чувствительной кожи. Убрав последнюю каплю у основания ее шеи, он снова потянулся за соком, глядя при этом на ее грудь. Неужели он собирается…

Да!

Малиновый сок растекся по ее груди подобно тому, как желание разлилось по ее венам. Голова ее запрокинулась, пока он продолжал свое изысканное пиршество. Лайла вцепилась ему в плечи. Карлос уложил ее на стойку и начал опускаться поверх нее. Вдруг она вспомнила о его больной спине.

— Карлос, пойдем на диван. — Ее пальцы нежно коснулись рубцов в нижней части его спины.

Он положил ей в рот спелую ягоду:

— Мне всю ночь снилось, как я занимался с тобой любовью здесь. Ничто не помешает мне сделать этот сон явью.

По ее спине пробежала приятная дрожь. Нужно придумать, как выразить свое беспокойство, не задев при этом его гордость.

— Но что, если…

— Мои ноги меня подведут? — Подняв бровь, он придвинул ее бедра к краю стола и запустил пальцы под пояс ее трусиков. — В этом случае ты присоединишься ко мне на полу. Мы непременно закончим то, чего оба хотим, можешь не сомневаться.

 — Он потянул трусики вниз, и в низу ее живота все затрепетало. — Будем предохраняться или нет? Я ничем не болен. За последний год у меня не было ни одной женщины, кроме тебя. Я доставлю тебе удовольствие столько раз, сколько ты захочешь.

Целый год? У Лайлы перехватило дыхание. Его уверенный тон говорил о том, что он полностью себя контролирует.

— Я тебе верю, Карлос. Предохраняться не нужно."

"Тогда он, громко зарычав, вошел в нее мощным рывком. Обхватив ногами его талию, она заерзала под ним, чтобы он погрузился глубже в нее.

Она называла его по имени, выражала свои желания, бормотала слова одобрения.

Как и после рождественской вечеринки, она унеслась в головокружительном вихре ощущений. Она всю ночь представляла себе, как это будет, но мощь страсти, бросившей их в объятия друг друга, застигла ее врасплох. Воспоминания об их первой близости были отчетливыми, но, разумеется, не могли сравниться с тем, что происходит здесь и сейчас. Ей казалось, что Карлос наполняет собой каждую клеточку ее существа.