— Надеюсь, ваша стычка не испортила ему настроение.

Внутри у Лайлы все замерло. Нэнси не может знать о ребенке. А может, кто-то стоял за дверью и подслушивал? Ванда?

Когда Лайла наконец взяла себя в руки и посмотрела в лицо девушки, она увидела на нем только любопытство. Никакого потрясения, возмущения или злости. Ничто не указывало на то, что она знает, что у другой женщины будет ребенок от ее бойфренда.

— Полагаю, вы имеете в виду инцидент в мужской раздевалке?

— Простите, — сказала Нэнси, теребя пуговицу халата. — Мне не следовало ничего вам говорить. Я не хотела показаться сплетницей.

Лайла преградила ей путь к выходу:

— Мне правда интересно, откуда вы так быстро об этом узнали. Прошу вас, будьте со мной откровенны.

Нэнси поморщилась:

— Слышала в кафетерии. Люди гадают, чем он вас так разозлил. Некоторые даже заключают пари.

— И в чем заключаются их предположения?

Закусив губу, Нэнси немного помедлила, прежде чем осторожно продолжить:"

"— Большинство думает, что вы расстроились, потому что он пропустил собрание членов правления на этой неделе. Другие полагают, что вы злитесь на него за то, что он делает слишком много бесплатных операций. Лично я склоняюсь ко второму варианту. За его суровой внешностью прячется доброе сердце.

Лайла так сильно сжала шпильки у себя в кармане, что они чудом не проткнули кожу ее пальцев.

— Надеюсь, вы не поставили на него деньги, иначе потеряете их.

Кажется, уже вся больница знает о ее сегодняшней выходке. Мысль о том, что совсем скоро ее личная жизнь станет темой номер один для сплетен в кафетерии, приводила ее в ужас. Ради спокойствия и безопасности своего ребенка ей придется быть очень осторожной. Ей впервые пришло в голову, что в его жилах будет течь королевская кровь и ему придется всю жизнь прятаться от прессы.

Лайлу охватила паника. Она поняла, что не сможет спокойно сидеть и ждать. Ее реакция на подружку Карлоса говорит о том, что она слишком привязана к нему эмоционально.

Ей нужно продолжать бороться. Нельзя допускать, чтобы Карлос обидел ее ребенка. Она не допустит, чтобы он своим пренебрежением причинил малышу боль.

Раздался щелчок поворачивающейся дверной ручки, и мгновение спустя проем заполнила широкоплечая фигура Карлоса. В его темных глазах читалось любопытство.

Лайлу охватили гнев, разочарование и боль, но она сдержала их внутри себя, вместо того чтобы выпустить пар. Для одного дня и так уже достаточно эмоциональных всплесков. Она не собирается показывать Карлосу, как глубоко он ее ранил.

Перебросив через плечо волосы, которые он растрепал во время их поцелуя, она сказала:

— Еще раз привет, доктор Медина. Мы с твоей новой подругой как раз говорили о тебе.