Ринк закрыл замки, приспособил на место «охранку», отдал жестом приказ: «Пошли».

Им надо было сделать еще одно, довольно рискованное дело.

Ринк хотел осмотреться с той же точки на скале, с которой осматривал местность Хаким. Что-то же ему надо было там.

Стоять ночью на краю скалы — это как столб на плацу, но днем нельзя, мало ли кто может увидеть!

Антон смотрел в бинокль очень внимательно, опять мелькнул какой-то намек на мысль, и он опять ее не уловил.

«Что-то здесь! Что?!»

Ринк услышал отдаленный шум, и Дуб сразу подал сигнал: «Внимание!»

Они залегли на землю, прислушиваясь и осматриваясь. Вдалеке стал виден мелькающий свет фар. До дороги было далеко, но машина ехала по целине, приближаясь к Михаилу с Ринком. Машина, старая «Волга», ехала зигзагами, разбивая ночную тишину громкой музыкой, орущей из приемника. Ринк подал знак: «Я — водителя, ты — пассажира».

Они темными тенями мелькнули навстречу машине.

В машине было двое, парень и девушка. Она то хваталась за руль, что-то ему кричала, то пыталась открыть дверцу со своей стороны. Было понятно, что девушка в панике.

Машина на приличной скорости, хоть и виляя, но неслась к обрыву!

Ринк поднял руку и показал: «Раз, два, три — пошли!»

Они побежали к машине, каждый со своей стороны, почти одновременно, рукой, плечом и частью корпуса, влетели в открытые окна. Ринк выдернул ключ из замка зажигания, машина встала. При таком резком торможении пассажир и водитель должны были сильно удариться о руль и лобовое стекло, но Ринк и Дуб их придержали.

Парень, как и предполагалось, пьяный в зюзю, сразу полез разбираться:

— Что за дела? — и трехэтажный мат.

У Ринка имелись свои счеты с пьяными водителями, поэтому он выволок хлопца ретивого из машины и вырубил одним коротким ударом."

"Девушка плакала, все еще не придя в себя. Дуб помог ей выйти и утешал:

— Ну все, все живы, все нормально!

— А вы кто? — сквозь слезы спросила она.

— Служба спасения, — ответил Ринк и спросил: — Это муж или друг?

— Нет, что вы! Сосед. Я с работы шла, он остановился, говорит: «Давай подвезу». Я, только когда села, поняла, что он пьяный, а он как поехал! «Давай покатаемся!» — кричит, и не остановить, — продолжая плакать и всхлипывать, говорила девчушка.

— Сосед, значит, а машина его?

— Нет, его отца.

Она огляделась и поняла, что до обрыва осталось всего метров двадцать. У нее расширились глаза от испуга, и, глубоко вздохнув, девушка собралась заплакать с новой силой.

Мишке надоело.

— Так, все! — громким, суровым голосом сказал он. — Быстро в машину! Сейчас домой отвезем!

Девчонка икнула, перестала плакать и метнулась на заднее сиденье.

— Везет нам с тобой, командир! Кросс на сегодня закончен, с комфортом доберемся! — радовался Дуб.