В величайшем раздражении белорусский президент вернулся обратно и в Минском аэропорту разразился пространной антироссийской речью — вроде той, после которой «отношения оказались испорчены газом». После этого, прибыв в свою резиденцию, Лукашенко собрал заседание правительства, на котором сначала подверг уничтожающей критике тех своих министров, которые были авторами и идеологами приведшей к такому печальному результату многовекторной политики, а потом еще раз потребовал «блюсти интересу республики Беларусь», несмотря ни на какие заключенные прежде договора. Весьма скользкий, надо сказать, путь, потому что тогда эти самые договора утратят свою силу, и тогда подсчитывать политические и экономические убытки придется уже белорусскому президенту. Впрочем, об этом человеке пока все, до особого, так сказать, распоряжения.

23 августа 1941 года 07:45. РСФСР, г. Брянская область, Мглинский р-н, д. Черновица, зона флангового перехлеста частей ВС РФ (228-го тп 144-й мсд) и 290-й сд. 50-й армии Брянского фронта.

Генерал армии Георгий Константинович Жуков."

"Возбужденно вдыхая терпкий утренний воздух, Жуков стоял на наблюдательной вышке, наскоро возведенной на вершине поросшей лесом безымянной высоты с отметкой 179, и оглядывал в бинокль окрестности. Еще сутки назад он закисал в штабе Резервного фронта, и вот — его первое по-настоящему боевое со времен Халкин-Гола назначение. А посмотреть здесь ему было на что. Именно тут, где дорога Мглин-Клетня пересекает протекающую среди заболоченных лесов речку Воронуса, позавчера в одиночку, а вчера при поддержке частей 290-й стрелковой дивизии один танковый полк потомков остановил продвижение на юг 47-го моторизованного корпуса немцев. Теперь там, за рекой, дорога и заболоченный придорожный лес пестрели обгорелыми изувеченными коробками разбитых немецких танков. Снаряды крупнокалиберных танковых пушек потомков наносили «тройкам» и «четверкам» такие тяжелые повреждения, что немцы даже не пытались эвакуировать их с поля боя для ремонта, ибо при любых обстоятельствах эта бронетехника была неремонтопригодной и годилась только в переплавку.

Жуков не мог не признать, что позиция для обороны тут была просто идеальная. Займи в свое время этот рубеж стрелковая дивизия Красной армии со всеми средствами усиления — и немцам пришлось бы искать для своих прорывов другое направление, и не факт еще, что его бы удалось найти в приемлемые сроки. Местность тут болотисто-лесистая, на одну дорогу, пригодную для снабжения войск* по фронту возможного наступления, приходится сотня километров заболоченных чащоб, где могут пройти только медведи, да еще русские солдаты, тащащие на руках батальонные минометы и противотанковые пушки.