Albert Kesselring; 30 ноября 1885, Марктстефт — 16 июля 1960, Бад-Наухайм) — генерал-фельдмаршал люфтваффе, командующий вторым воздушным флотом люфтваффе, поддерживавшим действия группы армий «Центр».

— Погодите, генерал, — резко произнес я, — как русские из будущего могут нападать на германскую армию, если мы их победим и установим тут, в России, свои, германские порядки?

Генерал Гудериан посмотрел на меня с каким-то странным сожалением, будто я, взрослый человек, сказал какую-то детскую глупость.

— Вы ошибаетесь, герр генерал-фельдмаршал, — понизив голос, произнес он, — в той войне победили совсем не мы, а, наоборот, русские. Наполеон, когда в двенадцатом году дошел до Москвы, тоже думал, что уже победил Россию. Вам напомнить, где и когда закончилась та война? Правильно! Она закончилась через два года взятием русскими и их союзниками Парижа. Так вот — и это война тоже закончится среди руин Берлина, под большевистским красным флагом, который русские в мае сорок пятого года водрузят на купол разгромленного и сожженного рейхстага.

Вы уж извините, но, кроме разгрома, позора и унижения, ничего более нам на этой войне не светит.

— И что, Гейнц, — спросил я, — с этим действительно ничего нельзя сделать?

Гудериан покачал головой.

— Ничего, — так же тихо сказал он, — совсем ничего. Мы, конечно, как подобает доблестным германским офицерам, будем исполнять свой долг до конца, но в прошлый раз большевики победили нас исключительно собственными силами, и теперь, когда за них сражается сила неодолимой мощи, они справятся с этой задачей значительно быстрее.

Не за четыре года, а за два или два с половиной. И местные большевики, и их внуки из будущего будут драться с нами насмерть, невзирая ни на что. Уж больно нехорошие воспоминания оставил после себя наш поход на восток за жизненным пространством и рабами. К тому же солдаты 3-й панцердивизии, вторгнувшиеся на территорию той, затуннельной, России, обновили внукам эти неприятные воспоминания, и теперь те жаждут ужасной мести. Но, к нашему счастью, войска этих русских из будущего пока немногочисленны и состоят преимущественно из подвижных частей, при почти полном отсутствии пехоты, из-за чего они не могут контролировать сколь-нибудь значительную территорию. Но если они соединятся с большевиками, у которых пехоты хоть отбавляй, то нам станет по-настоящему тяжело.