Учти, если уйдешь за грань, то отыщу и розгами уму-разуму научу. Неделю сидеть не сможешь. Поверь, найду способ, чтобы ни один целитель твою аппетитную попку не вылечил.

— Нахал, — буркнула девушка, возвращаясь в сознание. — У меня нет даже сил говорить и, кажется, каждое закрытие век приносит боль.

— Последняя нить, держись, вот-вот закончу, — подбодрил подругу, а сам мысленно ухватился за искрящуюся темно-серую магию зверя.

Все, удалил все негативные заклинания, срезал рубцы и как мог, объяснил источнику молодой женщины, как действовать. Осталось дело за малым — заклинание восстановления.

Одну ладонь положил на живот подруги, вторую на спину и стал выпускать в организм Кати свою целительскую силу. Из моего источника потек небольшой ручеек, он стал превращаться в бурную реку, сил почти не осталось. Действую уже как в бреду, такое ощущение, что сам на грани. Этак себя и выжечь легко! Да только необходимо довести до конца.

— Удалось? — недоверчиво сам себя спросил, когда девушку накачал магией под завязку.

Вроде бы все нормально, за исключением ярких лучей солнца, бьющих через стекло в окно.

Попытался встать, но не сумел, зато от двери послышался горестной вздох, а потом служанка бросилась бежать и орать:

— Убили! Люди добрые, мою госпожу ненаглядную убили!!

Опровергнуть ее обвинения нет сил, Кати тоже не в состоянии ничего вымолвить. Мои глаза пронзила вспышка боли, веки закрылись, и я стал заваливаться на грудь дочери градоначальника. Сколько находился без сознания? Сейчас не определить, да еще антимагические наручники на руках, а те за спиной. В комнате тесно, стражники и полиция. Два офицера между собой спорят, кому достанется убийца.

При этом они красноречиво в мою сторону посмотрели, да так, что захотелось залезть под диван и оттуда не показываться. Ну, утрирую, никогда ничего не боялся и не собираюсь. Немного приду в себя и все объясню. Сейчас больше всего волнует Кати. Все же завершилось удачно! Она не ушла за грань, это точно помню. Или кто-то ей помог, когда я лишился сил? Наверняка у нее имелись недоброжелатели, но вряд ли кто-нибудь решился на такой шаг. Дверь в комнату с грохотом распахнулась.

— Что здесь? Доченька! — к постели Островской рванул господин в строгом костюме, пошитым из баснословно дорогих материалов.

— Прости, не уберег, — проскрежетал хриплым голосом, остановившись в метре от кровати."

"Ну, соглашусь, Кати принять за мертвую раз плюнуть. Вся в крови, аура незаметна. Никому невдомек, что магия перестраивает организм, подчиняясь моему приказу и эмоции отключила. И тем не менее, с молодой женщиной все отлично даже без диагностики вижу. Странно, что никто этого из присутствующих не понимает.